Форум » ПОЛИТОЛОГИЯ-СОЦИОЛОГИЯ-ЭКОНОМИКА » НЕОНАЦИЗМ » Ответить

НЕОНАЦИЗМ

Олег Гуцуляк: ГЕЙДАР ДЖЕМАЛЬ: «УДАРЫ В ПАРИЖЕ АДРЕСОВАНЫ ТРЕМ КИТАМ ЛИБЕРАЛИЗМА: ЕДЕ, РАЗВЛЕЧЕНИЯМ, СПОРТУ» В ЕВРОПЕ МОГУТ ПОСТАВИТЬ ПАМЯТНИК ГИТЛЕРУ, А РОССИЮ СДЕЛАТЬ МЬЯНМОЙ — Как вы думаете, на волне правого радикализма имя Гитлера может снова стать популярным в Европе? — Оно уже им становится. Имя Гитлера реабилитируется последние несколько лет, начиная с кинофильма «Бункер» (вышел на экраны в 2004 году — прим. ред.). И по многим другим «разведпризнакам» можно понять, что в Европе идет постепенная реабилитация национал-социализма. Но она проводится профессионалами: поэтому, когда реально произойдет изменение отношения к Гитлеру, на 180 градусов, никто этого даже не заметит. Пока кто-то не скажет: «Слушайте, а пора ведь поставить памятник Адольфу». Ну, не в Германии, а где-нибудь в австрийском Линце. И это может случиться, как мне представляется, где-нибудь к 2025-му или, максимум, к 2030 году. http://kontrudar.com/vistupleniya/geydar-dzhemal-udary-v-parizhe-adresovany-trem-kitam-liberalizma-ede-razvlecheniyam

Ответов - 8

Александр: А был ли Гитлер диктатором? Что это вообще были за люди, от которых исходила всемирная клевета, которая распространяется еще и сегодня? До сути вещей можно добраться, только если задать вопрос: что необходимо, чтобы сделать крупномасштабную клевету? Ответ, к сожалению, может быть только один: очень много денег и неслыханная бессовестность. Люди с очень большим количеством денег и с очень большой бессовестностью никогда не могут жить довольно долго на своей родине. Они скоро стали бы известны, бросались бы другим в глаза с самой неприятной стороны и попали бы в затруднительное положение. Почему эти люди должны делать свои делишки как раз там, где за ними легче всего наблюдать? Кому больше всего мешал немецкий экспорт? Без сомнения, Англии и США, раньше также и Франции. Итак, антинемецкую пропаганду нигде нельзя было так выгодно разместить, даже продавать, как в Англии и США. То, что из этих двух государств США были гораздо интереснее в этой связи, это само собой разумеется. Только в США для этого можно было получить достаточно денег, только в США умеют устраивать такие дела во всемирном масштабе и только в США можно найти нужных для этого абсолютно бессовестных деляг. И в США, пожалуй, эмигрантов живет больше, чем где-нибудь еще. К этому добавляется и то, что мы, немцы, особенно со Второй мировой войны, все, что приходит к нам из США, воспринимаем с каким-то буквально гротескным преувеличением. Ограничившись, впрочем, нужно сказать о том, что сегодня в Германии симпатизируют в основном американцам, не имеющим практически никакого отношения к выдающимся кругам общества, которым с момента возникновения Соединенные Штаты Америки обязаны своим огромным подъемом – и тем самым ее силе и уважению в мире. После нескольких моих поездок за границу я очень хорошо знаю эти консервативные круги юга – и я уважаю их. Но у них нет ничего общего с Рузвельтами и Кеннеди, Шлесинджерами, Киссинджерами и Рокфеллерами, пусть даже они очень богаты и уже довольно долгое время весьма успешны в своем роде. Разве не генерал Эйзенхауэр отдал целое состояние, чтобы скупить один из самых подлых и пошлых антинемецких провокационных листков и распределить его среди армейского командования? Когда я в последний раз несколько недель гостил в США у нескольких очень консервативных американцев, живущих близ озера Эри, один уважаемый газетный издатель в своей застольной речи по поводу данного в честь знаменитого мистера Крипса и меня обеда сказал мне: «Дорогой принц, когда вы снова отправитесь туда, на вашу родину, то скажите вашим немецким соотечественникам, что мы, американцы, никогда не имели ничего против немцев. Мы никогда не ненавидели их – и даже на войне не ненавидели. Но если ваши немцы по-прежнему будут позволять клеветать на себя, если они не сделают в будущем ничего, чтобы опровергнуть всю эту ложь и заставить лжецов замолчать, если они не сделают ничего, чтобы сохранить честь немецкого народа, тогда у немцев скоро больше не будет друзей в мире!» И после того посещения один особенно популярный священник, глава большой общины – во время моего заключения в МВТ (Международный военный трибунал) в Нюрнберге он был там армейским капелланом, – пригласил меня в следующее воскресенье прочитать проповедь в его большой, очень внушительной церкви. Община была уже письменно приглашена – с указанием о моей речи. На мой вопрос, на какую тему мне нужно будет выступить, так как, чтобы свободно говорить на английском языке, мне нужно было немного подготовиться, священник ответил: «Тема, которую я объявил, звучит так: «Противоправность Нюрнберга». Я сделал бы это только с разрешения посольства моего государства. Он, священник, своими глазами видел казнь наших товарищей через повешение во Дворце правосудия в Нюрнберге и всегда был против противоправности Нюрнберга. Его семья была немецкого происхождения. В нюрнбергском Дворце правосудия один громадный негр из батальона охраны по пути на допрос незаметно и тихо обратился ко мне и сказал: «Ты, принц, – раб, и я – раб, мы должны держаться вместе!» Мы понимали, что виновны в этом не американцы, а совершенно определенный вид американских граждан. Это были сплошь эмигранты, в большинстве случаев еврейского происхождения и значительной частью родом из Германии. Многие из них работали в бюро МВТ как следователи, дознаватели и т. д. Среди них постоянно крутились клеветники. Если ложь приобретает официальный характер, из нее очень легко получаются приговоры – и даже если это будут смертные приговоры! Более того, большинство очень молодых мужчин из войск Ваффен-СС были убиты после заключения перемирия без какого-либо судебного производства лишь потому, что у них на руке была татуировка с указанием группы крови, сделанная, чтобы при ранении они могли сразу получить правильную медицинскую помощь. Верховный судья Ваффен-СС и полиции подтвердил мне уже в Нюрнберге, где я познакомился с ним, что число убитых, по всей вероятности, превышало 50 тысяч человек. Показания Верховного судьи доктора Райнеке на Нюрнбергском процессе было таким серьезным обвинением для победителей, что процесс приостановился, пока из США не поступило указание продолжать. К сожалению, в Нюрнберге было слишком мало таких людей, как Райнеке, иначе большой процесс и все последовавшие за ним процессы никогда не были бы доведены до конца, все же они в значительной степени опирались на так называемые улики немецких предателей, которые все пытались спасти только собственную шкуру. Когда нас в Нюрнберге вели на допрос, мы иногда случайно могли видеть некоторых из этих «господ» – прежних офицеров и дипломатов, которые когда-то давали присягу Адольфу Гитлеру и не смогли в достаточной мере доказать свою «верность». Я со слов некоторых самых близких друзей Гитлера знаю, что он придавал исключительно большое значение присяге. Для него было невообразимо, чтобы немецкие чиновники или военные могли нарушить свою клятву. Он потому и не принуждал никого к принятию присяги. Кроме того, ни у кого не было сомнений по поводу того, что клятва фюреру была всегда неизменно связана с клятвой Германской империи. Поэтому тот, кто умышленно нарушил позже присягу фюреру, нарушил тем самым и свою присягу Германской империи. Это соответствовало традиции, прежней клятве «императору и империи». И тут я приступаю к «диктатору» Гитлеру. Сегодня он – благодаря вражеской пропаганде – во всем мире считается прототипом диктатора, т. е. «самодержца». Диктатура может исполняться одиночкой или группой (партийная диктатура), пишет после 1945 года большой словарь Бертельсманна. Цитата: «По своему происхождению из Римской республики диктатура считается поручением для устранения определенных чрезвычайных положений (война, гражданская война), ее срок ограничен по времени, ее исполнение привязано к определенным правилам...» В современной истории диктатура тесно связана с появлением современных конституций. Как во время английской революции гг., так и французской революции гг. первоначальное свободное народное движение закончилось диктатурой, которая осуществлялась не отдельными людьми, а определенными группами и не по поручению, а из собственной полноты власти, опираясь на религиозные мотивы или право народного суверенитета. Также здесь диктатура рассматривалась как временное мероприятие для подготовки нового поколения и искоренения старого, испорченного поколения, тем не менее она закончилась единовластием Кромвеля или Наполеона. ...при этом часто упускается из виду, что также современное уголовное право знает исполняющую временные обязанности диктатуру как мероприятие чрезвычайного положения, согласно Веймарской конституции (§48) – также закон о предоставлении чрезвычайных полномочий... ...форма государственного правления, при которой исполнение государственной власти в высшей компетентности охвачено одним государственным органом, (так) в Третьем рейхе сначала правительством, позже главой государства, в Советском Союзе парламентом, причем, пожалуй, по организационным причинам проведено разделение властей, но принцип сдержек и противовесов властей не осуществлен... ...диктатура – это также регулярное тоталитарное государство, напротив, в современности она только редко бывает абсолютистским государством; скорее преобладает конституционная диктатура». (Конец цитаты) Если в случае Гитлера можно вообще говорить о диктатуре, то, по-моему, только о конституционной диктатуре, так как он никогда, прежде всего в существенных вопросах, не действовал совсем в одиночку, зато большей частью принимал решения в рамках соответствующих законов и в согласии с имперским правительством. В совсем особых случаях он ставил вопрос, как известно, на голосование народа и руководствовался этим (Саар, наследие Гинденбурга, закон о предоставлении чрезвычайных полномочий) – будь это с помощью плебисцита, будь это через голосование в рейхстаге. В 1933 году он, несомненно, мог бы прийти к власти и без голосования в рейхстаге. Но он предоставил себя и свое правительство решению старого рейхстага, где кое-кто голосовал за него, как будущий федеральный президент Теодор Хойсс и федеральный канцлер Конрад Аденауэр, с честными намерениями и отдавая Гитлеру свой голос, вовсе не будучи членом НСДАП. Гитлер сам никогда не воображал, что обладает властью диктатора. Сделанное им во время войны признание, «если у кого-то из нас есть диктаторская власть, то у Рузвельта – от него в его стране зависит гораздо больше, чем от меня в моей», свидетельствует, на мой взгляд, о многом. И он считал Сталина еще гораздо более сильным, чем Рузвельт. Когда Гитлер въехал во дворец президента Германии, он попросил о нескольких архитектурных улучшениях. Прежде всего его не устраивала страшно старомодная ванная Гинденбурга. Он попросил модернизировать обстановку, стараясь избегать больших расходов. Тогда счетная палата сообщила ему, что он должен сам нести расходы, и, кроме того, у него не было разрешения на перестройку. Гитлер настаивал на том, что древняя обстановка ванной и без того должна была исчезнуть. Кроме того, он считал, что фюрер и рейхсканцлер все же, пожалуй, мог бы сам решить вопрос с ванной, чтобы не тратить время попусту. Он оплатил тогда, насколько я знаю, эти расходы из своего личного кармана. Все-таки дворец был государственным владением. Это происходило приблизительно в то же время, когда Гитлер показывал моей жене и мне – по нашей просьбе – среди прочего также свою спальню. Это была довольно темная, действительно очень просто обставленная комната с несколько старомодной, наверняка не очень удобной кроватью. Над ней висел портрет его матери, который он попросил нарисовать – скорее всего, по фотографии. Он говорил, что мать на этой картине очень похожа и что это один из очень немногих сохранившихся у него предметов памяти о его семье. Он был очень привязан к этому портрету и радовался каждый день, что у него он есть. Эта скорее спартанская комната, несомненно, никак не подходила для разврата какого-нибудь вида, каковые приписывали ему разные махинаторы. Сегодня часто утверждают, что Гитлер не давал говорить никому другому. На самом деле было как раз наоборот. Он просил других, чтобы они рассказывали что-то о себе, о своей жизни и т. д. Он отпускал шутки, чтобы беседа стала более непринужденной и чтобы другие приняли в ней участие. Но если это никак не удавалось, и, наконец, все просили его, чтобы он сам что-то рассказал, так как это во многих аспектах было бы интереснее, тогда он уступал и рассказывал часами. И я должен сказать, что это очень часто было большим событием, так как этот человек уже прожил к этому времени очень интересную жизнь. Он вспоминал все с невероятной объективностью и поэтому с поразительной скромностью. Я знаю, многие не поверят мне – тем не менее, я не могу изменить это. Я пишу не для того, чтобы кому-то сделать приятное, а чтобы служить правде. Что мне делать, если я никогда не знал плохого Гитлера? Должен ли я выдумать еще более плохое? Кому я этим помогу? Определенно, не моему народу, и на длительную перспективу и его врагам я этим тоже не помогу. Я знал очень многих известных, можно даже сказать знаменитых художников, политиков, государственных деятелей, нескольких правящих монархов во всем мире. Со многими из них я дружил – точно так же дружил, как с очень многими абсолютно неизвестными рабочими, крестьянами и солдатами. Но другого такого человека, как Адольф Гитлер, по-моему, не было даже приблизительно. Когда однажды беседа между ним и доктором Геббельсом мимоходом перешла в спор о фаустовском в немцах, то Гитлер стал очень серьезным и, я бы даже сказал, несколько меланхолическим, каким я его прежде никогда не видел. Я подумал об оценке его доктором Геббельсом: «Иногда он кажется мне зловещим – как будто бы он не жил в этом мире, – и, как ни странно, именно тогда он наиболее зачаровывающий. Я никогда не пойму его полностью, он – больше, чем просто человек. Нет никого, который изучил бы его так, как я. Но кто же постарается уже действительно познакомиться с этим человеком – кто все же? Кто знает о его выдающихся качествах, о его скромности по отношению к судьбе – кто догадывается об этом? Никто! Если бы они заметили, что он не хочет быть их идолом, также не хочет быть их богом, а что он живет только своим заданием, которое одно «не от мира сего», – тогда они боялись бы его, так как они не знают ничего настоящего». Я своими глазами видел, что Гитлер доминировал в чисто технических переговорах с ведущими сотрудниками заводов «Мерседес-Бенц», т. е. абсолютно превосходил элиту технических специалистов. Я слышал, как он в беседе с итальянским министром юстиции, когда тот захотел точно описать Парфенон, оспаривал архитектурные сведения итальянца. Речь шла о том, что Гитлер решился доказать закономерность красоты, а министр отказывал грекам в этом. Наконец, Гитлер попросил меня, чтобы я достал ему блокнот для рисования, линейку и карандаши – от ластика он отказался. Спустя короткое время он прервал беседу с министром и очень быстро и очень точно изобразил Парфенон. По памяти, без какой-либо помощи и абсолютно неожиданно, так как никто не предвидел, что беседа с итальянцем коснется этой теме. Когда рисунок был готов, принесли энциклопедический словарь, в котором были указаны размеры. Они совпали – в масштабе, естественно – точь-в-точь с размерами на рисунке Гитлера. И тогда Гитлер легко смог доказать итальянскому министру, в каком отношении закон «золотого сечения» находит свое выражение как закон красоты в великолепном строении. Со служебной или с политической точки зрения я, конечно, не представлял для Гитлера ничего особенного. Но со светской точки зрения, я думаю, что мы, моя первая жена графиня Александра цу Кастелль-Рюденхаузен и я, очень нравились ему, – пока другие не отлучили нас от него. Источник: http://pandia.ru/text/79/151/39310.php

Целюлит: Тема выпускного сочинения на экзамене 1946 года была странной. «Если бы немцы победили?». Витя П. напряг все свое воображение и заскрипел пером. Увы, получался какой-то чудовищный невообразимый список нелепостей. Такого в России никак не могло бы случиться. Да ведь и победили в конце концов не немцы. 1. Промышленности в стране практически никакой не останется, оккупанты будут озабочены только выкачиванием природных ресурсов с наших территорий. 2. Вместо народных милиционеров из народа будут полицаи из отребья, их будет очень много, а народ их будет бояться больше бандитов. 3. На каждом выезде из города полицейские будут проверять тех, кто собрался уехать или приехать. Каждый житель будет обязан регистрироваться в полиции по месту жительства. 4. Для поддержания страха создадут дикие отряды из горных народов. Они будут время от времени нападать на местное население, грабить и убивать. 5. Правителей наберут из особо подлых местных жителей. Дети и жены правителей будут жить для безопасности за границей. А сами они сменяться тут по вахтовому методу. 6. Вся знать будет ездить только на черных немецких машинах с сиренами. Простым людям во время проезда их нужно будет убегать на обочину, ждать пока проедут. 7. Самым популярным учением от общей безысходности станет в конце концов фашизм. Только русский. 8. Немецкие товары будут считаться в России самыми лучшими и желанными. 9. Президент по-немецки будет говорить намного лучше, чем по-русски. 10. Вместо водки будут везде рекламировать и продавать пиво, как в Германии. 11. Те, кто воевал против немцев, будут получать гроши, а по праздникам скудный сухой паек. 12. Убитых на войне русских похоронят в общих могилах, лишь бы отметить как-то захоронение. 13. Большая часть мужского населения страны пройдет через лагеря. Чтобы сломить волю к сопротивлению. 14. Преподаватели и врачи на оккупированных территориях будут получать содержание по минимуму, только чтобы население сокращалось и оскотинивалось не очень быстро. 15. На дальних окраинах России, типа Приморья, возможно сохранятся партизаны. Они будут нападать на полицаев, но запуганное население помогать им ничем не будет. 16. Дороги строить не будут, а бензин сделают подороже, чтоб народ сидел по домам. 17. Оружие народу будет строго-настрого запрещено иметь, чтоб вдруг не взбунтовались. 18. Для жизни населению настроят дешевых бараков с низкими потолками, по 8 метров на человека. 19. Самым расторопным и умным дадут возможность уезжать и жить за границей, это будет считаться большим жизненным успехом. 20. Главным врагом России объявят Америку. Вера Павловна долго размышляла над оценкой. И поставила 3 за хорошую фантазию. (с) из интернета

Дядька Вагтерей: ЭДУАРД ЛИМОНОВ: Гитлер будет выглядеть всё чище, вот увидите В Германии издали "Майн Кампф" с комментариями. Идёт закономерный процесс не реабилитации нацизма, но неизбежный процесс, который приведёт к смягчению общественного осуждения нацизма в первую очередь в самой Германии, но и на всей планете. Я говорю о том, что это произойдёт рано или поздно, вот уже три десятилетия, если не больше. Первые знаки смягчения приговора появились уже несколько лет тому назад, к примеру помните фильм "Бункер", о последних днях Гитлеоа, снятый по дневнику его секретарши. В нашей стране премьера прошла с помпой в кинотеатре "Россия" на Пушкинской площади, вход был забаррикодирован мешкамит с песком, звучали разрывы, были приглашены знаменитости. Однако фильм в широкий прокат тогда не пустили. По-моему это был 2006 год. Сейчас появится всё больше материалов о злодеяних США в Германии и в Японии, одна бомбардировка Токио чего стоит, когда погибли около миллиона жителей Токио, залитого напалмом, и когда бомбардировщики сбрасывали бомбы, вылетая стаями каждые пять минут. Там с мостов капал раплавленный металл, это был ад почище Хиросимы. Короче отношения СШа и Германии будут неуклонно портиться. А это хорошо для нас. Гитлер для немцев святым не станет, но будет выглядеть все чище, с него снимут ряд преступлений, вот увидите. http://limonov-eduard.livejournal.com/765085.html


Амира: Hitler VS Recep Tayyip Erdoğan

Ростик: Всё-таки удивительное дело. Вот вся эта российская вата смеётся над маразмом царящим на Украине, где евреи уже чуть ли не мультфильмы про кота Матроскина запрещают как пропаганду "рашизма" (так они называются "российский фашизм"). То есть практически все фильмы с участием актёров, которые что-то не то вякнули по поводу статуса Крымского Полуострова запрещена под страхам огромных штрафов. Как же. Российские фашисты. Враги. Угроза нац. безопасности Украинушке. Хотят поработить. Истребить украинских детей. "Мама Дяди Фёдора" это же российская фашистка Талызина. Ужас, кошмар. Дети это посмотрят и всё. Конец Украине! Позор. Пособникам и коллаборантам. Предателям, которые смотрят мультики подобного рода. Но пусть они посмотрят на себя в зеркало. Ведь никто иной как вся эта вата вот именно наслушавшись всех этих советско-еврейских бредней про Германию и немцев вот абсолютно точно также в таком же маразме и в такой же паранойе трясутся от любого упоминания чего-то связанного с Германией. То есть у них даже в голове нету мысли, что вся эта демонизация Третьего Рейха и все эти бредни про планы "тотального уничтожения славян" - это ничто иное как продукт восполённого бредового сознания обнаглевшей еврейско-советской пропаганды. Особенно это замечательно видно по комментариям например к таким фото. Где видны как бы люди, которых "мучают" немецкие звери. Среди комментариев "какие же они, блин наивные". Не знают что они пришли их всех убить! Всех превратить в рабов. Как индейцев! Ужас. Как народ можно обмануть. Просто кошмар, переживают ватные големы. У них и в мыслях нет, что все эти их знания про "истинные намерения" - это такой же бред как запрет украинскими жидами российских мультиков с голосом Талызиной. Что это чистой воды хуцпа и больше ничего. То есть воистину магия. Бессмысленные големы, готовые по первому еврейскому слову верить в любой феерический бред и терпеть любые издевательства реальных врагов, во имя борьбы с мифическими... Тоже самое же мы видим на Украине. Уже тамошние жидки у влатси опустили народ ниже плинтуса. А он всё блеет про "Россия агрэсор". "Крым це Украина". Вот просто удивительное дело. В Советском Союзе действительно что-то проделали с людьми. Как заколдовали. Самого примитивного дикаря не проведёшь такими бреднями. Но тут люди с образованием. Которые вроде бы не должны быть настолько идиотами. Тем не менее масштаб массовый.

Дядька Вагтерей: В Германии мгновенно распродали первое за 70 лет издание «Майн кампф» Стоимость книги составила 59 евро. Вместе с оригинальным текстом на 2000 страницах разместили около 3500 научных комментариев. Как отмечает The Guardian, спрос на новое издание «Майн кампф» превысил предложение почти в 4 раза — книгу Гитлера издали тиражом в 4000 экземпляров, а в Институт поступили заявки на 15000 копий. Также уже появились просьбы перевести издание на другие языки. Чаще всего подобные запросы приходят из Турции, Китая, Южной Кореи и Польши. Отметим, что ранее власти Баварии, которые обладали авторскими правами на «Майн кампф», мешали публикации книги Гитлера. Однако по немецким законам через 70 лет после смерти автора текст становится общественным достоянием. Поэтому с 2016 года печатать «Майн кампф» может любой издатель. Однако публикация книги Гитлера без соответствующих критических комментариев и пояснений все равно остается под запретом. Гитлер написал «Майн кампф» в 1924 году. А после прихода нацистов к власти книга, в которой элементы автобиографии сочетаются с изложением доктрины национал-социализма, стала настоящим бестселлером. Общий тираж 700-страничного сочинения превысил 12 миллионов экземпляров. Подробнее на НТВ.Ru: http://www.ntv.ru/novosti/1592597/?fb#ixzz3wrIohd76

Йаэль: Национал-социализм. Руководитель Движения Сопротивления, Клас Лунд, рассказывает в данной статье о том, что национал-социализм должен отвечать современным условиям, и это по его мнению, совершенно не значит потерю его сущности. На мой взгляд, Гитлер - один из величайших людей прошлого века. Именно из-за этого, а также из-за сложного конфликта который имел место в его время, нынешнему обществу сложно трезво оценить его как личность. Слишком много эмоций, пропаганды и политических интересов стоят у людей на пути. Однако проблемы как с личностью Гитлера, так и с его идеологией есть не только у общества, таковые имеются и у нас. Мы, те кто признаёт его одним из величайших реформаторов, не должны следовать какому-то культу Гитлера, или слепо верить в него. Такая иррациональная черта никак не помогла бы нашей борьбе. Гитлер был человеком как и все, со своими сильными и слабыми сторонами. Человек пришедший к власти в сложное время, который принимал не только хорошие, но и плохие решения. И именно за это стоило бы им восхищаться в большей степени, чем если он был бы каким-то полубогом. Нам надо трезво смотреть на ситуацию и на мир вокруг нас и понять что иррациональные черты нам только вредят. Нам так же стоило бы чаще оценивать себя с самокритичной точки зрения и понимать, что в борьбе, которую мы ведём, нельзя скатываться в сектантство только из-за былых дней Третьего рейха. С такими тенденциями в нашей организации мы должны бороться, поскольку они не конструктивны. Но, несмотря на это, наша задача реабилитировать Адольфа Гитлера и позволить ему занять место в истории по праву ему принадлежащее. Более того, это абсолютно необходимое условие для нашего возрождения и победы над нашими врагами. Позволить ему занять его законное место в истории, важная часть политической борьбы, но это не значит что мы как политическое движение должны прославлять его и беспрерывно выделять его в повседневной борьбе. Мы должны научиться различать это. Мы так же должны признаться, что Гитлер мог совершать ошибки, и что мы, люди ведущие борьбу почти 70 лет после его кончины, не должны защищать каждый малейший шаг его правительства. Мы так же не привязаны к партийной программе NSDAP, или политике третьего рейха. Обращая внимание на ошибки Третьего рейха, нам легче их избежать. Мы должны понимать, что политическая картина мира, сильно изменилась с конца второй мировой войны. Россия уже не коммунистическая страна, Германия не национал-социалистическая и т.д. Ни старых друзей, ни старых альянсов больше не существует, сегодня же бывшие друзья могут быть врагами и наоборот. Мы не можем использовать устаревшую карту с её старыми направлениями. Если мы это будем делать, то пойдём в неправильном направлении. Знание истории должно давать нам понимание современности и будущего, а не ослеплять нас. Нам, национал-социалистам, например, не стоит обращать внимание на искусственные границы государств. Мы отнюдь не этнонационалисты, даже если национал-социализм вырос из подобных националистических течений. Наша лояльность на данный момент не привязана ни к одному государству, напротив. Границы всегда изменялись, и в будущем они так же продолжат изменяться. Геополитическая ситуация, а вместе с тем и необходимые стратегии находятся в постоянном изменении. Для того, что бы национал-социализм выжил и стал конкурентоспособным как сегодня так и в будущем, он должен приспособиться к нынешним условиям и решить как нынешние, так и будущие проблемы без потери смысла. Удержать баланс естественно сложно, но от того эта задача не становится менее необходимой. Было бы конечно легче оставить национал-социализм, и называть себя чем-либо другим, но на практике это привело бы к смягчению курса. Принять идеологическую стагнацию тоже не альтернатива, это бы точно привело к маргинализации. Для нас выбор не стоит между “либерализмом” и “консерватизмом”, по отношению к национал-социализму. Нашим выбором вместо этого должно быть идеологическое развитие. Вместо того что бы сделать шаг назад в истории и выбирать более расплывчатые понятия как, например национализм, мы должны работать на укрепление национал-социализма, в качестве понятной, чёткой идеологии подходящей нашему времени, чтобы эта идеология соответствовала нашим потребностям здесь и сейчас. Как любой живой организм развивается посредством эволюции, так и идеология должна эволюционировать, чтобы она могла встретить новые испытания. Мы должны быть в состоянии добиваться перемен без отречения от идеологии или её отрицания, при этом оставаясь национал-социалистами. Наша цель, отнюдь не приукрасить национал-социализм, или заменить идеологию на другую. Наша цель - развить национал-социализм соответственно нашему времени. Как мы решим эту задачу не ясно, остаётся увидеть. Но если кто-либо и способен этого добиться без смягчения курса, так это мы. Источник: http://vk.com/nordfront_sverige?w=wall-75351791_22

Олег Гуцуляк: Максим Калашников: Второе пришествие фашизма на Западе В сущности, технологически на Западе все готово к введению полного контроля за обществом. Число книг по этому поводу возрастает сегодня на Западе в геометрической прогрессии. Уже давно известно, что имеющиеся информационные технологии позволяют сделать жизнь каждого человека совершенно прозрачной. Отслеживаются его местонахождение и круг общения (через мобильный телефон), платежи (через пластиковые карточки). На каждого можно вести обширное досье. Можно проследить, что читает человек, куда ездит, с кем водит знакомства. Про развитие биометрики кто-то еще не знает? Или про систему «Эшелон» для глобальной прослушки/просмотра? В современных городах установлены сотни тысяч видеокамер — Большой брат действует. Об опасности того, что в ходе кризиса на Западе возникнет реинкарнация фашизма, сейчас говорят все больше. События подталкивают к такому исходу. Судя по всему, эта реинкарнация примет как минимум две формы: антинародного неолиберального фашизма — и фашизма национально-консервативного. ТЕХНИЧЕСКИ ВСЕ ГОТОВО В сущности, технологически на Западе все готово к введению полного контроля за обществом. Число книг по этому поводу возрастает сегодня на Западе в геометрической прогрессии. Уже давно известно, что имеющиеся информационные технологии позволяют сделать жизнь каждого человека совершенно прозрачной. Отслеживаются его местонахождение и круг общения (через мобильный телефон), платежи (через пластиковые карточки). На каждого можно вести обширное досье. Можно проследить, что читает человек, куда ездит, с кем водит знакомства. Про развитие биометрики кто-то еще не знает? Или про систему «Эшелон» для глобальной прослушки/просмотра? В современных городах установлены сотни тысяч видеокамер — Большой брат действует. Контроль за умами? Сбор огромных баз данных идет постоянно. А он позволяет извлекать самые разнообразные сведения, годные для контроля за умами и конкретными людьми. Причем по разным линиям. «Пять лет назад команда по психологической оценке приникла в компьютеры клуба покупателей, созданного сетями американских гастрономов. Когда человек делал покупку и получал на нее скидку по своей дисконтной карточке, покупка эта автоматически заносилась в общую базу данных. В самом начале исследований психологи Братства попытались сопоставить политические пристрастия людей с тем, что они едят и пьют. …Женщины, которые проживали в Северной Калифорнии и покупали не меньше трех сортов горчицы, обычно сочувствовали либералам. Мужчины из западного Техаса, покупавшие дорогое пиво в бутылках, как правило были консерваторами. Имея в своем распоряжении домашний адрес и список из двух сотен покупок, группа психологической оценки могла точно предсказать, как отнесется тот или иной человек, например, к введению обязательных идентификационных карт…» (Джон Твелов Хоукс, «Последний Странник»). В сущности, массы — это стадо. Чтобы его контролировать, необходимо выявлять, направлять или обезвреживать несколько процентов самых активных и неуемных — потенциальных вожаков. А это, как видите, решаемая задача. НЕОЛИБЕРАЛЬНЫЙ СМАРТ-ФАШИЗМ При этом в рамках «макдональдизации» мира отлично отработаны способы организации и «квантования» человеческого материала в корпорациях, управления им, структуризации его. И даже методы тотального «стука» в корпорациях. О развитии прикладной психологии (для манипуляции стадом) на Западе, думаю, никому рассказывать не надо. Успешно решена проблема примитивизации человечьего стада. Оно очень поглупело за последние тридцать лет: сказалась дебилизация с помощью СМИ и опускание качества образования. Люди стали «одноизвилинными», предсказуемо-простыми, их мысли приобрели стереотипность, своей картины мира стадо создать не может: вынужденно слушать СМИ и «признанных авторитетов». При этом масса закабалена. Поскольку пик благосостояния рядового западного обывателя остался в 1973 г. (и с тех пор плавненько снижается), основная масса вынуждена залезать в долги и брать потребительские кредиты. (Практика потребительского кредитования масс заменила собою политику наращивания их реальных доходов до 1973 г.) А кредиты — это рабство. Это постоянный страх потерять работу и сорвать график выплат, сговорчивость человека, его сверхэксплуатация (вечная гонка за заработком). Вечное душевное опустошение. Уже вброшен в сознание масс новый термин — «постдемократия». Начиная с книг о Гарри Поттере активно укореняется в сознании миллионов мысль о том, что обществом правят (или должны править) закрытые структуры, стоящие за кулисами привычной либеральной демократии. На глазах идет выделение верхов в особую касту избранных. Недавняя работа Сэмюэла Хантингтона «Кто мы?» на примерах социологическихз опросов показала то, что верхи США придерживаются абсолютно противоположеых (по сравнению с народом) мнений насчет главнейших проблем — и успешно навязывают свою волю большинству. На наших глазах ваырастает социал-расизм. Вот — условия для создания на Западе неолиберального, кастового смарт-фашизма. Фашизма, где правят большие корпорации, приватизирующие государственные институты. Корпорации, имеющие частные армии и спецслужбы. МЛАДШИЕ БРАТЬЯ ЗАПАДНЫХ СЛОНОВ При этом РФ — своеобразный полигон для создающегося «нового порядка». Расейская «элита», как известно, послушно копирует западные методы, будучи интеллектуально несамостоятельной. Как говорится, российские слоны («элита») — всего лишь младшие братья американских. Очевидно, что развитие «постдемократии» на Западе неизбежно вызовет копирование этой практики и в РФ (это уже происходит в виде «суверенной демократии»). В то же время, процессы разрастания «постдемократии» на Западе напоминает практику 90-х и нулевых годов в РФ. Реалии правления Буша-младшего напоминали путинщину — с растущей ролью силовиков, с контролем за СМИ, с чрезвычайкой… Это значит, что в РФ можно прогнозировать сырьевой, низкотехнологичный вариант кастового неолиберал-фашизма. ТЕНИ ФРАНКО И ХОРТИ: ФАШИЗМ В ЛИМИТРОФАХ Но есть и другой вариант нового фашизма: национал-консервативный. Более традиционный. Нам трудно спрогнозировать его облик в нынешнем гламурно-постаревшем и поглупевшем мире, но кое-что мы скажем. В сущности, в Европе уже выделился пояс проблемных «недоевропейских» стран — Испания, Португалия, Италия и Греция. Он же — пояс фашистских государств в 1920-1940-е годы. В Германии тоже пошли неприятные процессы: немцы в открытую недовольны тем, что им приходится тащить на себе бремя помощи нищим членам Евросоюза. При том, что сама немецкая экономика переживает труднейшие времена. Но уже можно говорить о еще одном дежа вю 1930-х: процессах в бывших странах-лимитрофах 1930-х, затем — членах СЭВ, а ныне — «восточных недоевропейцах». О Румынии, Болгарии, Венгрии. Отчасти — о Прибалтике. Дело в том, что эти страны после развала социалистического (Второго) мира попали в западню. Они стали опускаться к своему прежнему, досоциалистическому уровню — к статусу нищих полуаграрных стран. Сначала эти дурачки радовались падению коммунизма, причем искренне. Потом радовались натужно: ибо иначе пришлось бы признать свой идиотизм. Затем они воодушевились перспективой приема в члены Евросоюза. Но потом оказалось, что и это — не златые горы и не реки в кисельных берегах. Что жизнь по-прежнему остается бедной и беспросветной. Теперь мы вроде бы в Европе — но при этом еще и в части тела, что рифмуется со словом «Европа». Показателен пример Латвии: добились всего, чего хотели: отделились от СССР, вошли в Евросоюз и НАТО, а в итоге оказались банкротами с нищим населением. Причем без всякого света в конце туннеля. Погодите: еще Германия продавит свои предложения о введении жестких санкций к странам Евросоюза, допускающих финансовую недисциплинированность. То есть — механизмы банкротства стран ЕС, исключения их из Союза, лишения прав голоса для банкротов, введение механизма внешнего управления банкротами. Ежу понятно, что все это направлено прежде всего против всяких греций-румыний, голодранцев всяких. Если голодранцы станут балансировать свою бюджеты, то совершенно измордуют собственное население ростом налогов и сокращением бюджетных трат. Если же они не подчинятся дисциплине — их выкинут из Евросоюза. И тогда они зависнут между небом и землей: бедные, с деградировавшей промышленностью. В Европу — не попали, а советского СЭВ (Совета экономической взаимопомощи) уже нет. Останется только плакать по годам, когда Венгрия выступала как крупный машиностроительный центр, а Болгария — как один из центров производства персональных компьютеров. А еще начнутся территориальные конфликты между Румынией и Венгрией за Трансильванию. И еще — между Венгрией и Словакией… Испытав страшное разочарование от вхождения в мир современного Запада, в какую сторону качнутся сии народы-лимитрофы? Да туда же, где они были в 1930-е: в диктатуры. Лимитрофы тех лет были сплошь диктаторскими: пилсудская Польша, Румыния Антонеску, военно-диктаторские режимы в Прибалтике, Хорти в Венгрии, практически фашистский режим царя Бориса в Болгарии. В только создавшейся Словакии — диктатура Тисо. Показателен в этом смысле пример нынешней Венгрии. По итогам выборов в апреле 2010 года откровенно неонацистская партия «За лучшую Венгрию» получила 47 мест в парламенте (из 340). Первое же место взяла национально-консервативная партия ФИДЕС, вопящая нынче о том, что глобализацию уничтожила Венгрию, что стране нужно правительство национального спасения, что надо восстанавливать суверенитет страны, укреплять порядок и христианские ценности. (А.Механик. «Маленькая суверенная демократия в центре Европы» — «Эксперт», 19-25 июля 2010 г.) Лиха беда начало! Наверняка можно ждать продолжения в Румынии. ГРУППА НЕВМЕНЯЕМЫХ К лимитрофам Восточной Европы примыкает еще одна группа риска — лоскутья постсоветских «стран». Там крыша съехала полностью. Там — чудовищная фрустрация. Когнитивный диссонанс. Двадцать лет шли куда-то, поломали СССР, а пришли — в вонючее болото. И жить стали еще хуже, чем при Советах. Показательны в этом смысле примеры Молдавии и Украины. В первой потеряна практически вся промышленность. И вот перед политикумами (сворой «политиков» сих стран дураков) встала нелегкая дилемма. За двадцать лет эти «новосуверенные страны» доведены до полного банкротства. В Европу путь закрыт. Европе они не нужны. А СССР не стало. И что делать? Признавать себя полными кретинами не хочется. И начинается театр абсурда пополам с дурдомом. То молдавский политикан Гимпу (оправдывая одесские анекдоты о молдаванах) требует от РФ компенсации за советскую оккупацию в виде 80-летних бесплатных поставок газа. То украинские национально-озабоченные политики в ответ на помощь РФ устраивают скандальные шоу — хотя без помощи Москвы экономика Украины завалится напрочь, и никакой Запад помогать не будет. Эти идиоты готовы укусить даже руку помощи! Интересно, какой все-таки вред нанесла «советская оккупация» той же Молдавии? Превратила ее из самой нищей провинции Румынии (самой нищей страны Европы) в высокоразвитую советсткую республику? Вот уж преступление тоталитаризма! Но важно другое: дурдом у «постсовков» тоже может родить некие жесткие диктатуры. Ибо иного выхода просто не останется. ЗА ПЯТЬ МИНУТ ДО НАЧАЛА Такое впечатление, читатель, что в пьесе «Новый фашизм» декорации расставлены, музыканты расселись в оркестровой яме, актеры изготовились. Осталось только открыть занавес и заиграть увертюру. Вам это кажется невероятным? Но вспомните: мы давно живем в мире, где все время случаются невероятные ранее события. В 1985 году безумием показалось бы то, что случилось в 1990-м. В девяностом бредом сумасшедшего показались бы реалии 1995-го. Зато в 1995-м никто и помыслить не мог о том, что произойдет в 2000-м. А в 2000-м то, что происходит в 2010-м, представилось бы мрачной антиутопией. Почему вы считаете, что 2017 год, например, будет совершенно немыслимым с нынешней точки зрения? На самом деле, в мире нынче обостряются противоречия. Шарик маленький, начинается новый круг его экономического передела. А экономика — основа политических потрясений. Вот, например, США пытаются удвоить объем своего экспорта для того чтобы избежать собственного коллапса. Но на планете есть уже две мощных экспортных экономики — КНР и Германия. Место занято. И вот Америка не только на Китай «наезжает» (ревальвируйте юань, перестаньте субсидировать экспорт), но и на Германию. Мол, немцы слишком много экспортируют, а само немецкое население слишком мало потребляет. Что это? Первые ласточки ожесточенной борьбы за место под солнцем, войн сначала торговых, а потом глядишь — и настоящих. В самом деле, разве не соблазнительно для США поддержать сегодня некоторые процессы в Европе, чтобы ослабить конкурента? Скажем, каталонский сепаратизм, грозящий дефолтом сначала Испании, а потом — и других стран? А за всплеском сепаратизма видится тень военных диктатур национального спасения. Так что все реально. Более чем реально. США придется преодолевать плоды тридцатилетней деиндустриализации. Придется совершать сверхиндустриализацию. (Ибо в противном случае, по мнению профессора Петра Турчина, Америку ждет коллапс. А это — жестко и непопулярно. И недемократично. И тоже может вылиться в соответствующую политическую надстройку. Сегодня, накануне больших потрясений, я снова говорю: будущее мира — это эра диктатур. О демократии в старом понимании этого слова придется забыть надолго. Наша цель — сбросив нынешнюю воровскую и бездарную власть, строить все-таки диктатуру. Диктатуру развития. Национальную, социальную и инновационную. Ибо иначе просто не выстоять в завтрашней Эре Немилосердия…. http://alliance.primordial.org.ua/archives/1293



полная версия страницы