Форум » ИСТОРИЯ-ЭТНOЛОГИЯ-РАСОЛОГИЯ » КАЗАЧЕСТВО » Ответить

КАЗАЧЕСТВО

goutsoullac: Вначале казаки были сформированы как военизированные отрады в Золотой Орде из кипчацко-славянских метисов "бродников"-христиан (пребывавших ранее в клиентских отношениях с половцами) для охраны одного из главных портов Золотой Орды г. Азак (Тана, ныне - Азов), доходы из которого шли на содержание личной гвардии великого хана "кешик/кешиг", состоящей из христиан-несториан и составляющих четыре-"дурбан" племени. В 1395 г., когда город Азак был взят Тимуром, все пленные христиане были отпущены (в отличие от пленных-мусульман) и именно этим годом датируется в грамоте на территории Великого Литовского княжества впервые упоминание слова "казак"-"освобожденный, свободный человек". Часть "казаков" перешла на службу Литве, часть - в государство Феодоро (на территории нынешнего Севастополя). В документе 1552 г. указано, что литовский князь Гедемин, завоевав Кафу и Перекоп, привел черкесов с их княгиней и поселил из на р. Снипорид (приток р. Сула) и основал там город Черкасы (название происходит из обозначения служилых людей в Золотой Орде из северо-кавказских племен - "чары-киси"-"люди армии"). Позже Гедемин также населил черкесами и район г. Канив. Вследствии метисации и комплиментарности с местными тюрками и славянами возникла в XV в. подгруппа украинских казаков - "черкасы". Об метисном характере казаков свидетельствуют многочисленные культурные и языковые факты. Например, окончание "-ко" в украинских казачих фамилиях (неизвестное в Центральной, Северной и Западной Украине) происходит от черкесского "-хъо" - "сын". Также черкесской считается фамилия Шевченко (от адыг. "шэуджэн" - "христианский священник"), являвшееся родовым прозвищем деда украинского писателя Тараса Грушивского (Тараса Шевченка).

Ответов - 16

Ляшок: КАЗАР название государства, возникшего в конце VI в. по Р. Хр. на руинах Танаидской Асалании, павшей под ударами Гуннов. В русских летописях К. упоминается, как Козары, у Армян и Арабов - как Казар и Казир, в «Еврейской переписке», как Казар, Кузари, Кузарим, а у Греков и от них на Западе и в Россия как Хазария. Последнее название появилось в результате перехода звука К в звук Х перед придыхательными гласными, что у Греков бывало и в других случаях (см. книгу Корпус Боспорских надписей, М.-Л. 1965, стр. 807). В Европе иногда писали и Газария.Древние географы не знают народа с именем К. Не осталось такого народа и. после падения Казарского царства. Значит, его название образовалось не из племенного имени. Точных данных об основателях царства К. не сохранилось. По этому поводу существует два главных мнения. По более раннему - это государство образовалось усилиями местных политических кадров, вышедших из среды Готиталанов или Черкасов-Касагов. По второму мнению его основателями были Тюрки или Тюркюты, пришедшие от границ Китая. В обоих случаях не принято во внимание, что имя Казар на Сев. Кавказе не было новым; когда Приазовье, от конца старой эры, стало частным владением римского кесаря, местные Греки стали называть его Кесарией, а Готы и Асаланы - Кайзарией (см. КЕСАРИЯ БОСПОРСКАЯ). Армянские летописи вспоминают Приазовских Касаров и Базилеев уже oт II в. по Р. Хр. Сторонники местного происхождения основателей К-ра руководствуются след. данными: Персидская география 982 г. Гудуд. ал Алэм называет казарскую династию именем «Анса»; но Ансы также родоначальники готских князей, а их имя соответствует скандинавским и танаидским Асам. Английский историк X. X. Хаворт обращает внимание на связь между казарским царским титулом «хакан» и скандинавским «гаакон», на их одинаковый смысл - «высокий царь»; он же подчеркивав созвучие имен Казар, Касак, Касог. Имя первого известного истории хакана имеет отчетливо готское звучание - Зибель. Тесные связи династии К-ра Гото-скандинавами выражены также в тождественности речных погребений хаканов и готских королей. Первые описаны Ибн Фадланом, а вторые - Иорданом (погребение Алариха). Кроме этого «по данным Фазари (писал в 772/3 г.). Хазары и Аланы образовывали одно царство». Основная форма правления в этом царстве не могла придти с востока, т. к. двоевластие в Азии не практиковалось, а зато Кавказу оно было известно по Цареву Боспорскому и по античным традициям Эллады, где оно имело своих апологетов уже в Платоне и Аристотеле (IV в, до Р. Хр.). В дополнение ко всему этому, данные археологии указывают на общность бытовой культуры царства К. с Салтово-маяцкой археологической культурой, распространенной среди Асаланов (Ясов) с древних времен. Сторонники противоположного взгляда считают основателями царства Казарского Тюрок, пришедших в наш край из Азии, и находят будто бы некоторое подтверждение этому в китайских источниках, в свидельствах Араба Табари и Греков Менандра и Симокатты. Но с другой стороны, многие арабские авторы отличают Казар от Тюрков и по внешности и по языку. Исхатри, ибн Хаукал, бен Фозлан, ибв эл Эшир, Шемс ад Дин, все говорят; «Казары не похожи на Тюрок». Да и сам по себе термин «Тюрки» для эпохи возникновения K-ра отличается большой неясностью. Его постоянно смешивают с другим наименованием «Турки», хотя оба эти слова определяли собою совершенно различные народы. Тюрки или Тюркюты были тогда жителями Азии. Они занимали земли у границ Китая и в Средней Азии, причем Северные Монголы даже не знали их имени (Бичурин). А имя «Турки» в Европе безраздельно принадлежало угро-скандинавским жителям Великой Скандзы, древней Скандинавии, простиравшейся от Норвегии до Уральских гор, по всему северу нынешней России. Именно там проживали племена Турку, Туркьяры, Торкыты и о них помнят северные сказания - саги. Недаром Константин Багрянородный называл Турками и Мадья-ров. Такого же рода Турки стали накопляться в наших степях через несколько десятилетий после нашествия Гуннов. Среди местных людей, они встретили здесь остатки Готов и их родственников Асов-Танаитов, ушедших когда то с того же далекого севера. Свидетельства истории и археологии, устойчивые политические традиции страны, ее бытовая культура, дают право предполагать, что при помощи этих Турков и в союзе с ними, прежние владетели края, в лице династической группы Ансов, возродили былую аланскую государственность, причем присвоили себе старое имя Приазовской Кесарии (в их алано-готском произношении - Кайзария), внутренний смысл которого «царство» был весьма удобен для государства со смешанным населением (как Австрия, Остеррайх - Восточное царство, или Реч Посполитая - в переводе «республика»). А население К-ра было действительно, разнообразным даже в расовом отношении. Одни - красивые белокожие брюнеты, другие - темнокожие шатены. Араб Магриби упоминает еще и третий расовый тип, почти дословно схожий с описанием Асов-Танаитов у Аммиана Марцеллина современника Аланского царства: преимущественно рыжеватые, струятся по плечам, их тела велики и их натура холодная. Их главное свойство «Их край холодный и сырой. Отсюда их кожа белая, глаза голубые, их волосы - свирепость». На ряду с новопришлыми Угро-Скандинавами и Мадьярами, в царстве, проживало много бывших Меотов, Танаитов, Касаровцев и Базилеев (Бассилов). Это были Славяне, Торки, Удзы, Беренджеры, Асы-Аланы, Готы-Тетракситы, Саксяны, Касы, Кабары, а также Аорсы и Эсседоны (нын. Осетины), которых по старой памяти еще называли Аланами. В связи с этим и языки в К. были разнообразными, но с очевидным преобладанием скандинаво-угорских наречий. Вместе с тем, по всей стране так широко был распространен язык Подонсних и Северо-кавказских Славян, что на Руси Казаров часто считали Славянами. В Великих Четьи Минеях на день 11 мая говорится: «Козары, коих Греки Козарами, Римляне же Газарами называли, был народ скифский языка славянского, страна же их была близ Meотического озера» (Ригельман), Предполагается даже, что диалект местных Славян-Казаровцев лег в основу славянской письменности и первых переводов на славянский язык, по крайней мере в тех случаях, когда они делались «под воздействием хазарской стихии» (Н. А. Мещерский, История Иудейской войны Иосифа Флавия в древне русском переводе. М, - Л. 1958). Но при таком разнообразии племен и наречий, население К. пользовалось одинаковыми бытовыми предметами, которые сохранились в погребениях, в остатках поселений и известны, как предметы Салтово-маяцкой археологической культуры. Некоторые племена оставались кочевниками; значительная часть жителей располагалась по земледельческим и рыболовным поселениям; торговцы и ремесленники проживали в городах. Из крупных городских поселений известны: Семендер или Беленджер (Беренджер), Бурак, Алма, Саксия, Capкел, Таматарха, Томи, Тана, Самкерц, Сугдея, Керц, Алубиха, Кут, Манкуп, Гурузин. Дворцы хаканов, правительственные учреждения и главенствующее в стране племя были сосредоточены в западной части столицы с готским названием Атель (в перев. - батюшка). Мусульманские эмигранты из степей Средней Азии, Русы и Славяне составляли наемное войско хаканов. Царей было два. Одного называли хакан, другого - хакан бек. Первый царствовал, скорее, как символ власти и верховный судия, не мешаясь в дела правления, которыми ведал его заместиститель хакан бек. Этот был действительным царем, управлял страной, командовал армией, объявлял войну и заключал мир. Считается, что при подобном разделении власти устранялась угроза деспотизма. Хаканы выбирались всегда из одного рода или племени, которое называлось «хаканат» и проживало поблизости к царским дворцам. Зватный род хаканата не обладал ни верховной властью ни богатством, но хаканы могли избираться исключительно из его среды. Какие слои населения участвовали в выборах - неизвестно. Древний автор писал: «Когда они хотят назначить этого хакана, они приводят его и душат его куском шелка, пока он почти не задохнется. Тогда они говорят ему: сколько лет ты хочешь царствовать? Он отвечает: столько то и столько. Если он умрет раньше этого, то все кончается хорошо. Если же нет, то его убивают, когда он доживет до условленного срока». Иногда вместо этого его заключали в башню или разрешали окончить жизнь самоубийством. Первой столицей царства служил город Семендер. Он находился в области Беленджер, где то на юг от Терека. А около 675 г. все управление страной перешло в г. Атель, широко расстроившийся в устьях реки Волги. Придя к власти, правители из рода Анса сразу же пошли по путям древних Танаитов-Асов. Они восстановили тесные связи с Византией и повели вместе с нею наступление на персидское Закавказье, стремясь одновременно влиться в прежние границы Асалании и Остготской земли. Ко второй половине седьмого века их владения на восточном берегу Каспийского моря простирались до Мангышлака, на севере доходили до кочевий Печенегов у Самарской луки, на западе - до Днепра, на юге до Кубани и Кавказского горного хребта, Осетию и северный Дагестан. Они получали дань от некоторых финских племен на Верхней Волге, от Полян, Северян, Радимичей и Вятичей. Эти дани и военная добыча обогащали казну царства К. Укрепившись и усилившись, основатели Казара обрушились на Болгар, занимавших берега Азовского моря. Они принудили их ос-тавить все Приазовье и таким образом Земля Касак и донские берега, древняя колыбель казачьей народности, вошли в состав царства. Вскоре подчинилась ему и восточная часть Крыма, с жившими там Готами и Греками. К концу седьмого века в границах Казара, кроме новопришлых Угро-турков, проживало, почти исключительно коренное население бывшей Асалании и Царства Боспорского. В восьмом веке царству К. пришлось много воевать с Арабами, которым в 737 году удалось проникнуть глубоко в страну до Северского Донца, Иловли и Медведицы. Здесь они обогатились огромной добычей, табунами степных лошадей и отсюда угнали с собою до 20 тысяч семейств проживавших там Сакалибов. Хананы ответили такими же нападениями на арабские земли в Закавказье, иногда вместе с Византией, с которой обычно сохраняли союзные отношения и даже роднились путем династических браков. В конце VIII в. византийский патриарх пытался объединить церковное управление хазарских христиан под властью митрополита в Крымском г. Доросе. Но семь епархий, основанных им, существовали всего несколько лет, после чего сохранилась только архиепископия Боспорянская. Правящий слой царства К. не обладал религиозной устойчивостью. Вначале хаканы были христианами; в 737 г. они, исполняя требование победителей Арабов, согласились перейти в магометанство, но вскоре после этого в царском роде укоренилось тяготение к иудейской вере. Ко второй половине VIII в. часть знати, во главе с хакан-беком Буланом, уже стала иудеями. Через полвека обратился к ортодоксальной старозаконной религии весь род хакана Обадии. Широкие массы жителей оставались при старых верах и для каждой были назначены особые судьи, по два для христиан, иудеев и магометан, один для .язычников. В годы укрепления иудаизма вспыхнуло восстание наиболее влиятельного в стране племени Кабаров. Оно было подавлено и Кабары ушли на Нижний Днепр к Мадьярам, там кочевавшим. В ту же эпоху хакану стал приносить большие доходы Волго-каспийский торговый путь. В казну царства поплыли огромные таможенные пошлины, взимаемые только за проход товаров по внутренним путям страны. Сам К. ничего не производил на вывоз, кроме рыбьего клея, но получал доходы от иностранных купцов, проходивших с товарами через его земли во всех направлениях. Главной заботой правителей стала непрерывная охрана торговых путей и караванов, установление в стране твердого правового порядка. В 836 г., при помощи византийских мастеров, на Дону была воздвигнута новая крепость Саркел или Белая Вежа. Ок. 860 г. патриарх Фотий, которого тоже считают выходам из К., решил оказать поддержку казаровцам-христиавам. По его совету император Михаил III отправил к хакану специальную миссию, во главе с Константином Философом (см. КИРИЛЛ). В результате его пребывания на нашей земле, там окончательно восторжествовало христианство. Ослабевшие раньше связи между иудейским хоканатом и иноверным народом распадись окончательно. Хаканы опирались исключительно на наемную гвардию, из мусульман и язычников. Воины-христиане из местных Славян часто уходили служить на стороне, в Киев или в гвардию византийских императоров. Такой порядок начал клонить богатую и могущественную страну к постепенному упадку. Племя за племенем стали отпадать дан-ники. В 884 г. перестали платить дань Северяне, в след. году - Поляне и Радимичи. С севера все время тревожили Печенеги. Выступить против них хакан уговорил, живших в Прикаспии, Удзов, Торков, Торпетов, Беленджеров (Беренджеров). В 893 г., соединившись с его гвардией, они сообща изгнали Печенегов и сами заняли часть их земель между Верхним Доном и Волгой. Здесь они указываются в персидской географии 982 г. под именем Брадасов и христиан В.Н.Н.Д.Р., т. е. Бродников и Беренджеров (у Славян-Берендеи), Некоторые печенеги подчинились своим победителям, остались среди них, приняли их обычаи, обряды и даже крой их кафтанов с короткими рукавами. Вместе с Торками, они поселились на Нижнем Донце и при Доне, приняв на себя охрану водного и сухопутного пути. Они несли также очередную службу в крепости Саркел и были известны под именем Казарских Пе-ченегов (Гудуд ал Алэм). В 965 г. по Донцу, Дону и Волге огнем и мечем прошел киевский князь Святослав. Он нанес сокрушительный удар Казару, разрушил и испепелял поселения, истребил целые племена, а в том числе и многих Славян. Часть Казаров сохранилась еще в Восточном Крыму, но их власть и тут была ликвидирована в 1016 г. византийским десантом, сообща с дружиной томаторканского кня-зя Мстислава Храброго. О нашествии Святослава русский историк М. И. Артамонов пишет: «Последствием столкновения было полное и окончательное уничтожение Хазарии. Погибло Хазарское государство, исчез и хазарский народ. Последнее заслуживает особого внимания, так как обычно народы не исчезают с уничтожением их государств». «Поиски потомков Хазар до сих пор остаются безуспешными». Очевидно потому, что такого народа не существовало и раньше. О том же говорит и Д. М. Данлоп, американский историк Казар-иудеев: «Поразительно, что некоторые малые группы, поглощенные Казарской империей, или находившейся под ее угрозой, пережили ее падение и сохранились до наших дней, в то время как сами Казары, едва остаются в памяти, хотя до этого времени были без сравнения более могущественными, чем их соседи». Государство пало, казарский народ исчез без следа, остальное же население К-ра сохранилось на прежних местах со своими племенными именами, в лице Асиев (летописные Ясы), Торков, Беленджеров (у Ибн Фадлана - Беренджеры, в летописях - Берендеи). Брадасов и др., «того смешанного населения Подонья. - которое стало известно под именем Бродников и представляло собой зародыш позднейшего донского казачества» (Артамонов). Остались там и другие казачьи «зародыши». Оттуда вышли наши предки Торки, Берендеи и другие Черные Клобуки, которые в летописях назывались Черкасами, а иногда и Казарами (Татищев); там же на приазовской Земле Касак проживали Казаки Азовские и Черкасы-Пятигоры языка славянского (Герберштейн, Матвей из Мехова, Болтин); о них и у Татищева в Истории Российской имеется заметка: «храбрые суть люди, язык с нами имеют един». И до наших дней живут на той земле Казаки Донские, Кубанские, Терские, Астраханские, Уральские. Д. М. Данлоп вспоминает старую теорию, по которой Казаков выводят из Казар. Он считает, что она нашла бы подтверждение, если бы удалось доказать, что Казаки те же Касоги. Но Касоги, Касаги, Казягь это сборное имя, принятое в русских летописях для всех племен северо-западной части Кавказа. В подобном звучании оно сохранилось там только для Какаков. Позднее на смену ему в летописях пришло такое же сборное имя - Черкасы. Кроме Кавказцев им называли также Черных Клобуков (летописи Московская и Воскресенская), а позднее и Казаков, несомненно потому, что они раньше находились среди Касогов в Кавказской Черкасии. Но это все. же не решает вопроса, были ли Казаки коренными Казарами, означает только, что они в свое время проживали в К. Гребенцы и рассказывали А.И. Ригельману, что они переселились на Нижний Терек из родной Черкасии, где их называли Казаровцами, т.е. местными жителями Казара. Г.Губарев. Литература: М. И. Артамонов. История Хазар. Ленинград 1962; А. П. Ковалевский, Книга Ахмеди ибн Фадлана, Харьков 1956; Никифора патриарха Констанинопольского Краткая история. Визант. Временник, т. III, М. I960; Иордан, О происхождении и деянии Гетов. М. 1960: В. Н. Татищев. История Российская тт. I-III, М-Л. 1962-63; Полное собрание русских летописей, тт. I и XXV, М. 1962 и 1949; А. И. Ригельман. Летописное повествование о Малой России. Москва 1847; Труды Волго-Донской Археологической экспедиции, т: I М.-Л. 1958; Н. A. Meщерский, История Иудейской войны Иосифа Флавия в древнерусском переводе. Археологический и историко-литературный очерк. М.- Л. 1958; The History the Jewish Kha-zars by D. M. Dunlop. Princeton, N. Jercey 1954; Hudud аl Alam, a Pecian geography. London 1937; Constantine Porphyrogenitus, De Administrando Imperio by Gy Moravcsik and R. G. H. Genbins, Budapest 1949; Ammianus Marcellinus, History of Rоmе, Bobns Libraries; H. H. Howort, The Circassians and White Khazars, The Journal of the Ethnologicai Society of London. 1879.

goutsoullac: Черкассия - легендарная страна на Северном Кавказе, откуда вышел народ черкассы, который создал в XVII столетии Украинскую козацкую державу или Первый гетманат. Черкасское племя легло в основу казачьей самобытности, распространившись повсюду. Его расселение: Гетманщина, Слобожанщина, Черкащина, Подолия, Нижний Дон, Терек, Сибирь. В украинском языке и поныне много черт тюрко-кавказской идентичности. В конце XVIII века черкассы (казаки-черноморцы) вернулись на свою родину - Северный Кавказ.

goutsoullac: Вероятно, из черкесов возникли как днепровские, так и донские казаки... К. Кох, 1842 В архиве Государственной Коллегии иностранных дел находятся такие сведения: 1) что в древние времена кабардинцы жили на Украине и перешли оттуда сначала к городу Терку, а потом, поселились по р. Куме в урочище Пятигорском... С. Броневский,1823 В своей работе С. Бейтуганов приводит и документально подтверждает интереснейшую версию о «кровном родстве" кубанских (запорожских) казаков и адыгов ("пятигорских кабардинцев"). При этом он ссылается на слова Н.А. Добролюбова, который анализируя этнический состав Кубанского казачьего войска в конце XVIII в., указывал, что оно состояло, в том числе, из "... 1000 душ мужского пола, добровольно вышедших из-за Кубани черкес и татар, а также 500 запорожцев, вернувшихся от турецкого султана. Ранее эти запорожцы после ликвидации Сечи, ушли в Турцию, очевидно,из-за общности веры, поскольку они были частично не славянского происхождения". Записи Броневского (1823) проливают свет на эту проблему. Ссылаясь на архивные и литературные источники; он пишет: "В 1282 г., Баскак Татарский, из Курского княжества, призвав из Бештау(Пятигорья) черкесов, населил ими слободу под именем казаков. Но они учиняли разбои и грабежи,пока наконец, Олег, князь Курский, по дозволению ханскому, разорил их жилища, многих из них побил, а прочие разбежались. Эти последние, совокупляясь с русскими беглецами, долгое время чинили разбои. Многолюдная их шайка ушла в г. Канев к Баскаку, который назначил им место прибывания ниже по Днепру. Тут построили они себе городок и назвали его Черкасск-на-Днепре,по причине, что большая часть из них были породою черкасы, составя разбойническую республику которая прославилась потом под именем Запорожских казаков...". Эту мысль С.Броневский подчеркивает еще раз: "В XIII в. черкесы овладели Керчью в Крыму, делали частые набеги,как на этом полуострове, так и в других странах Европы. От них (то есть черкесов) произошли эти шайки казаков, в то время появившихся. Русская летопись XV в. свидетельствует: "В скором времени столько их умножилось, что от Буга до устья оного казаки-черкасы свои селения распространили". Когда турецкое войско в 1569 г. приходило под Астрахань, тогда призван был с Днепра из черкас князь Михайло Вишневецкий с 5000 запорожских казаков, которые, объединившись с донскими казаками, великую победу над турками одержали. Из сих черкасских казаков большая часть осталась на Дону и построили себе городок, назвав его Черкасск-на-Дону,что и было началом заселения донских казаков. Вероятно, что многие из них возвратились также на родину свою к Пятигорью (Бештау)". Судя по всему, С. Броневский использовал архивы Коллегии иностранных дел, извлечение из которых И.Ф. Бларамберг включил в свои "Исторические сведения о кабардинцах". Документы свидетельствуют, что "... в древние времена кабардинцы занимали часть Украины и Малороссии, а затем обосновались в верховьях р. Кумы в окрестностях Бештау.Откуда они получили название "пятигорских черкесов". Сам же С. Броневский комментирует эти документы следующим образом: "В древние времена кабардинцы жили на Украине и Малой России и перешли оттуда сначала к городу Тереку, а потом поселились по Куме в урочише Пятигорска, почему и назывались "пятигорские черкесы". Таким образом, по этой версии, можно с большей или меньшей степенью достоверно- сти полагать, что Запорожское казачество, образовавшее затем костяк Кубанского казачьего войска состояло частью из потомков некогда уведенных из района Бештау или Пятигорья черкесов,не говоря уже о "добровольно вышедших из-за Кубани черкес". С. Бейтуганов, специально занимавшийся этим вопросом высказывает предположение, что "борьба (казаков. — Авт.) против адыгов осуществлялась при активном участии в ней их же дальних или близких соотечественников» Дальнейшие архивные изыскания должны подтвердить или опровергнуть эту интересную гипотезу. Некоторое подтверждение этой версии находим в работе Ш. Ногмова "История адыгейского народа": "Сохранившиеся у нас предания утверждают, что этот народ (адыге) обитал от р. Терека до pp. Волги и Дона на север и, продолжая селится по обе стороны Азовского моря, доходил до Крымских степей на западе. К югу же он примыкал к Кавказским горам. Вероятно, что та часть которая обитала на западном берегу Азовского моря, подалась вверх по Днепру от приближения готов. Следовательно часть наших предков была оттеснена на запад в первых веках н.э....' Необходимо отметить, что версия: "Черкесы — предки запорожских казаков", привлекала неизменный интерес среди историков XIX в. Тогда она выглядела следующим образом (А. Филипсон. "Черкесы, казаки и адыхе", 1851): "Черкасы — давние жители Кавказа. Черкасы являются в нашей истории в первый раз в 985 г., т.е. через 20 лет после разрушения Хазарской державы, в состав которой входили и касоги. Во времена Владимира Мономаха (около 1121 г.) новые толпы черкасов поселились на Днепре гонимые команами от Дона, где они "казаковали" вместе со сбродом множества других племен. Они за деньги служили нашим князьям в их междоусобиях. Затем они обрусели, приняли христианскую веру и сделались известными под именем казаков, сначала украинских, а потом запорожских. Под 1187 г. Киевская летопись упоминает о казаках, живших по "украйнам", т.е. юж ным пределам тогдашней России. Эти казаки, умножившись по нашествии татар новыми толпам удальцов бездомовных, посвятивших себя военному ремеслу, составили ядро запорожских казаков. Не только запорожские казаки всегда назывались черкасами, но вся нынешняя Малороссия и Украина в не имели другого названия как Черкасский народ. Это имя дается им позже во всех актах и грамотах монархов Российских. Рубруквис (1253) нашел в стране Батыя множество разноплеменных людей, которые скитались в степях и грабили путешественников. Эти-то толпы удальцов и назывались в наших летописях Ордынскими казаками (а были еще Рязанские, Азовские, Ногайские,Тюменские). Из всех этих казаков черкасами называли себя запорожские и уральские. Архивы свидетельствуют, что черкасы, в X, XI и XII столетиях поселившиеся в Южной России, были касоги, подданные хазарского кагана; но должно думать, что сам народ касоги остался в своем древнем отечестве (на Кавказе). Весьма вероятно, что и теперь живущие в горах Кавказских, у подножия Эльбруса — карачаи, уруслии, чегемы, гуламы и балкары, — суть остатки этого древнего народа.Странная судьба этого племени, которое обошло вокруг всю Южную Россию и через 8 веков возврратилось под именем казаков в свое древнее отечество, на берега Кубани и Лабы! На карте Фредуция (1497) показаны Кабарди на берегу моря на правой стороне Дона,но в 1550-1557 гг., Интериано нашел их уже на восточном берегу Азовского моря и говорит, что они жили от р. Тана (Дон) до Пицундской бухты на Черном море. Около 1637 г., посетил этот край Иоанн Луккский. Видно, что в 80 лет, протекших со времени посещения Интериано, этот народ (кабарты), распространяя на восток свои пределы, занял всю северную покатость Кавказа до границы одноплеменных с ним кабардинцев. Земля убыхов (на реках Соча и Субаши) принадлежала в то время абхазам. Столько фактов, без сомнения , дали Н. Карамзину полное право сказать, что черкасы, казаки и касоги суть разные имена одного и того же народа", — завершает изложение своей версии А. Филипсон. Эту же мысль о кровном родстве адыгов и казаков встречаем и у Э.Спенсера: "Черноморские казаки совершенно отличны от других казаков; более похожи на жителей Кавказа, чем на славянина Росс:ии. Предполагается, что они ведут свое происхождение от казахов — кавказского племени все еше существующего ("казахи", по утверждению византийских историков, — население Казахии в нижнем течении Кубани). Они высокие и хорошо сложены; стройные, атлетическая форма с профилем обычно греческим или римским; волосы темно-коричневые или черные; и азиатская кровь придает их чертам пикантный характер, столь обычный для восточных людей... Мингрелы и грузины отличали черкесов от других племен Кавказа именем "казахиа", так что вовсе вероятно, что героические отряды странствующих средневековых казаков (ужас, подобный Турции и Персии) — имели свое происхождение от этого народа. Источник: Книга «Земля адыгов» А.Шеуджен, Г.А.Галкин, А.К.Тхакушинов.

goutsoullac: Откуда взялись казаки и почему их называли "черкасы" Вначале казаки были сформированы как военизированные отрады в Золотой Орде из кипчацко-славянских метисов "бродников"-христиан (пребывавших ранее в клиентских отношениях с половцами) для охраны одного из главных портов Золотой Орды г. Азак (Тана, ныне – Азов), доходы из которого шли на содержание личной гвардии великого хана "кешик/кешиг", состоящей из христиан-несториан и составляющих четыре-"дурбан" племени. В 1395 г., когда город Азак был взят Тимуром, все пленные христиане были отпущены (в отличие от пленных-мусульман) и именно этим годом датируется в грамоте на территории Великого Литовского княжества впервые упоминание слова "казак"-"освобожденный, свободный человек". Часть "казаков" перешла на службу Литве, часть – в крымское царство Феодоро. В документе 1552 г. указано, что литовский князь Гедемин, завоевав Кафу и Перекоп, привел черкесов с их княгиней и поселил из на р. Снипорид (приток р. Сула) и основал там город Черкасы (название происходит из обозначения служилых людей в Золотой Орде из северо-кавказских племен – "чары-киси"-"люди армии"). Позже Гедемин также населил черкесами и район г. Канив. Вследствии метисации и комплиментарности с местными тюрками и славянами возникла в XV в. подгруппа украинских казаков – "черкасы". Об метисном характере казаков свидетельствуют многочисленные культурные и языковые факты. Например, окончание "-ко" в украинских казачих фамилиях (неизвестное в Центральной, Северной и Западной Украине) происходит от черкесского "-хъо" – "сын". Также черкесской считается фамилия Шевченко (от адыг. "шэуджэн" – "христианский священник"), являвшееся родовым прозвищем деда украинского писателя Тараса Грушивского (Тараса Шевченка).

goutsoullac: Максидов А. А. ФАМИЛИИ АДЫГСКОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ НА УКРАИНЕ В литературе уже отмечался факт чрезвычайной и, пожалуй, уникальной архаичности адыгского этнокультурного социума, преемственности и консервативности адыгских форм социальной организации и материальной культуры, по меньшей мере, на протяжении двух последних тысячелетий. Как свидетельствуют материалы археологии, с периода энеолита (меднокаменного века) и вплоть до 1864 года на территории Северо-Западного Кавказа не было смены антропологического типа. “Очень важно, — отмечает Я. А. Фед

goutsoullac: Кстати, А.С. Пушкин в поэме "Полтава" называет Марию Кочубей "красой черкасских дочерей". "Мария, бедная Мария Краса черкасских дочерей Не знала ты, какого змия Прегрела на груди своей!" Кажеться, так... На самом деле ее звали Матреной. Александр Сергеевич конечно прекрасный поэт, но как всякий поэт мог допускать торжество рифмы над исторической правдой. Как тут допустил неточность с именем. Просто, Мария звучит красивее Да, и библейское имя больше подходит по сюжету.

goutsoullac: ДОНСКИЕ ЧЕРКАСЫ Из всех национальных свойств наиболее неустойчивым следует признать разговорный язык. Стоит только известной группе оторваться от своего ядра и попасть надолго в чужую среду, как тут в ее речь сразу же станут внедряться заимствованные слова, образа и определения. Если в течение двух-трех поколений старый язык и не исчезнет совершенно, то, во всяком случае, он далеко уклонится от своих первоначальных форм и приобретет многие черты нового языкового окружения. В зависимости от прочих условий, сроки таких изменений бывают, различны, но всегда, как закон, большая величина передает свои свойства величине меньшей. Наиболее наглядным примером могут служить американские негры и европейские евреи. Оба эти народа обладают необычайно крепкими, мало изменяющимися расовыми признаками; и оба они, несмотря на это, очень легко расстались со своими основными наречиями. Каждый негр в Америке будет очень удивлен, если его спросят, знает ли он свой негритянский язык. «Мой язык», ответит он, «тот, на котором я говорю, английский». Но оттого, что негры из поколения в поколение говорят только по-английски, они не приобрели внешних и духовных свойств англичан. То же самое с евреями. Много веков тому назад, в какой-то момент своей жизни, народ отказался от гебрайского языка и принял почти целиком чужой; одно из местных немецких наречий. Впоследствии этот «жаргон» видоизменялся и воспринимал частные черты из каждой новой среды, той, куда попадали отдельные национальные группы. Поэтому, говорят, американский еврей, услышав речь новоприбывшего однородца, легко определяет страну, из которой тот, приехал, а соответственно этому назначает ему полагаемую долю уважения и сочувствия. Немецкому - побольше, русскому и польскому - поменьше. Отсюда следует, что диалекты и акценты могут служить точным показателем предшествовавших влияний. Анализ их может быть принят, как метод для проверки неясных сообщений исторических источников о пройденных народом путях, а особенно для определения среды, из которой данная национальная группа вышла в последний раз. Этим методом можно пользоваться также, разбираясь в сложном и мало еще исследованном процессе оседания казаков на Дону. Например, вооружившись знанием тонкостей российских диалектов, удастся определить с большой точностью, то место, из которого вышли предки каждой «верховой» станицы. Вообще, не может быть сомнения, что верховые казаки пришли на свои места исключительно с южных русских рубежей 16-го века. Это гарантирует уже одна их «акающая», южно-великорусская речь. Но, в частности, подробности акцентов указывают более точно, пришла ли станица из Рязанской, Курской или Черниговской области. Если мою фамилию произносят как Губарев, с твердым г, с ударением на у, с отчетливым окончанием ве, то я знаю, что деды этих станичников провели годы изгнания с Дона в Рязанском или Курском княжествах.1) Если же ударение делается на последнем слоге, а окончание за-метно переходит в ёу — Губарёу, то этим совершенно ясно проявляется белорусский акцент и, значит, тут выходцы, из Черниговщины, где еще и сейчас можно слышать белорусскую речь. Это потомки казаков путивльских. Совершенно очевидна также прежняя связь с Днепром, Дона определяет наибольшее их здесь средоточие так: «К числу Украинских городов, в коих поселенные казаки именовались в то время Городецкими и Донскими, следует причислить Пронск, Ряжск, Козлов, Лебедянь, Епифань, Сапожков, Михайлов, Воронеж, Елец, Ливны, Чернявск, Донков, Чернь, Новосиль». «По летописям и другим историческим актам встречаются разные казаки, а именно: в Крымской орде с 1474, в Волжской с 1492 и царстве Казанском с 1491, в Аккермане и Белгороде с 1515». «В 1468 г. были казаки и в Москве». После того, как остатки татар, покинули Поле, известная часть казаков вернулась на средний Дон. Переселение вначале, по-видимому, шло организованно, подвижными, полукочевыми стаями — станицами, затем — меньшими группами и. наконец, еще свыше ста лет одиночками. До тех пор, пока не прервались последние родственные связи с «родимцами», обосновавшимися неподвижно в границах Московии. Привязанные к месту служебными, семейными или имущественными обстоятельствами, эти казаки, остались, среди русских и с ними потом смешались. У жителей станиц Луганской и Митякинской, тамошние казаки, хоть и не говорят по-украински, но в их разговоре до сегодняшнего дня сохранился акцент слобожан. Обследование диалекта наших южных станиц, подобным образом, обнаруживает весьма характерные особенности. Здесь странное отсутствие звука ы, замена в некоторых случаях шипящих звуков — свистящими. Такие странности, над которыми посмеиваются и сами казаки, крепко сохраняются по всей южной половине донских станиц, включая сюда и город Черкасский (Старочеркасскую станицу). Это свидетельствует, прежде всего, о том, что юг Дона заселялся из одного и того же источника. Но установился взгляд, по которому Черкасский городок был основан выходцами с Днепра. У Татищева (История Российская с самых давнейших времен) сообщается, что «в царствование Царя и Великого князя Ивана Васильевича из-за Днепра с князем Вишневецким Черкасы на Дон перешли и, там поселившись, город Черкасский построили». Подобно этому, освещает событие и современник Татищева (18 век) — Болтин. «Когда турецкое войско в 1569 году приходило под Астрахань, тогда призван был с Днепра из Черкас князь Михаиле Вишневецкий с 5.000-ми запорожских казаков, которые, совокупясь с Донскими, великую победу на сухом пути и на море в лодках над Турками одержали. Из сих Черкаских казаков, большая часть осталась на Дону и, построили себе особливый городок, назвав его Черкасским». У польских историков, причиной ухода Черкасов от Вишневецкого из-под Астрахани, указано недовольство разделом добычи. Количество ушедших на Дон называется 5.000 человек. (Значит, общая сумма казаков у Астрахани выросла!). Историки, согласно, считают основателями городка Черкасского выходцев с Днепра. Но, где же тогда днепровский акцент в их речи? Почему, сохранившись у луганцев и митякинцев, он не только бесследно исчез у нашей «черкасы», но и претворился всовершенно новую форму? Здесь есть очевидная неточность. В русских и польских сообщениях отсутствуют какие-то дополнительные данные. Черкаские казаки пришли на Дон из-под Астрахани. Но это не должны были быть обязательно те самые, которых Вишневецкий привел с Днепра. Под Астраханью уже в 1552 г. были и черкасы, пришедшие с Кавказа. И их было тут не мало. Они распоряжались в ордах по своему усмотрению. Сюда они пришли из Прикубанских гор, где жительствовали еще в тридцатых годах. Сигизмунд фон Герберштейн, посол германского императора, посетивший Московию в 1517 и в 1526 гг., дал очень подробные и точные описания московитов и их соседей. Между прочим, он рассказывал, что там, где Кавказский хребет упирается в южный рукав Кубани (т. е. около Крымской, Тоннельной, Новороссийска) в горах жили черкасы пятигорские или чики. «Этот народ, говорит он, надеясь на защиту своих гор, не оказывает послушания ни туркам, ни татарам. Русские утверждают, что это христиане, что они живут по своим обычаям, ни от кого не зависят, исповедуют греческую веру, а службу церковную отправляют на славянском языке, которым главным образом и пользуются. Они по большей части смелые пираты. Спускаясь в море по рекам, которые текут с их гор, они грабят, кого попало, а особенно купцов, плывущих из Кафы в Константинополь.»2) В другом месте3) он указывает пятигорских Черкасов среди народов, употребляющих славянский язык. Так как, Герберштейн называет пятигорских Черкасов и чиками (Сiki), можно с достаточным основанием видеть в них тот народ, который греки, издревле, указывая на этом же месте, называют зичами или дзиами. Отсутствие в их языке звуков ч и ц заставляет греков в чужих словах употреблять буквы з, дз и тз. Страбон (I век по Р. ХР) в своей «Географии», кн. XI, гл. 2, говорит так: - После территории Синдов и города Горгиини 4) путник приходит к берегу Ахеев, Зигов и Гениохов, который, по большей части высок и непригоден для приставания судов, т. к. составляет часть Кавказских гор. Эти народы живут с разбоев на море. Их лодки с тонкими бортами, узкие и легкие вмещают только 25 человек, хотя при нужде они могут поднять и 30 общим числом. Греки называют их «камарас». «Снаряжая флотилии из камарасов, они выплывают против купеческих кораблей, делают набеги на соседние страны и берут города. Таким образом, они сохраняют господство на море. Иногда их поддерживают и те, кто владеет Боспором (Керчью — Т. Т.), предоставляя в их пользование пристани, рынки сбыта и другие средства распорядиться добычей. И, как только они возвращаются в свою собственную страну, они не становятся на якоря, а берут камарасы на плечи и несут их в леса, туда, где живут и где обрабатывают скудную почву. Когда приходит время нового плавания, они приносят камарасы назад на берег. И они делают то же самое в странах чужих народов, так как хорошо знают все берега. Тут, они, прежде всего, прячут свои лодки и идут вглубь страны дни и ночи, имея целью захватить в плен людей. Но, они охотно предлагают освободить своих пленников, уведомляя о них родственников уже с моря. В тех местах, которыми они владеют сами, т.е. там, где они управляются местными вождями, они приходят на помощь каждому, кто попадает в беду, отбивая назад камарасы, людей и имущество. Там же, где властвуют римляне, они уже мало помогают своим, т. к. их вожди перестают об этом заботиться». Через сто лет, Тацит (История, кн. III, 47) описывает лодки черноморских «варваров»5). «Варвары спешно построили корабли и теперь волочились по морю, сколько хотели, пренебрегая могуществом римлян. Свои лодки они называли «камарас». Они имели низкие борты, но были широки в вязании и сбиты при помощи гвоздей из железа или бронзы». «Их корабли имели носы с обоих концов, а весла можно было перекладывать по желанию в разных направлениях. Поэтому они могли менять курс без поворотов». Через 15 веков французский инженер Боплан описывал личные впечатления от пребывания среди казаков6). «Казаки ... почти ежегодно на челнах своих разгуливают по Эвксинскому Понту7), для нанесения удара Туркам: неоднократно они грабили владения Крымского хана, опустошали Натолию, разорили Трапезунд, доплывали до Босфора и даже в трех милях от Константинополя предавали все огню и мечу». «Нельзя надивиться, с какой смелостью они переплывают море на приготовленных ими же утлых челнах». «Челны сии без киля: дно их состоит из выдолбленного бревна ивового или липового, длиною около 45 футов; оно обивается с боков на 12 футов в вышину досками, которые имеют в длину от 10 до 12, а в ширину 1 фут и приколачиваются одна к другой так точно, как при постройке речных судов, до тех пор, пока челн не будет иметь в вышину 12, а в длину 60 футов. Длина его постепенно увеличивается к верху». «Толстые канаты из камыша, которые обвиты лыком или боярышником…, как связанные бочонки охватывают челн от кормы до носа». «Казаки отделывают все части своих лодок таким же образом, как и наши плотники. Потом осмаливают их и приделывают к каждой по два руля, чтобы не терять напрасно времени при повороте длинных судов, когда нужда заставляет отступить». «Челны не имеют палубы, если же их зальет волнами, то камышовые канаты предохраняют от потопления». За 15 веков лодки несколько увеличились и потяжелели. Теперь их не надо было уносить в горы, как в старое время на Кавказе. Неизмененными остались перекладные уключины, два руля и прежние маршруты, древний опыт морских корсаров-чигов. Описание казачьих историков Сухорукова и Ригельмана в основании сводится к тому же. Вот, что пишет Сухоруков (Историческое описание Дона). «В морских походах казаки употребляли суда малые, помещавшее от 30 до 50 человек каждое. На них пускались они в море Азовское, Черное и Каспийское, разъезжали близ берегов, нападали на корабли и громили области приморские. Казаки так подробно знали упомянутые моря, что ночью без компаса переплывали безошибочно те места, где было нужно и даже нередко, носимые бурей по открытому морю, не теряли своего пути». А, вот, Ригельман («Повествование о Донских казаках», написанное в половине 18 века): - «Возвращаясь с моря в удобных местах близ берега, как и запорожцы, затапливали в море свои дубасы и по близости уже мест своих, сухим путем благополучно возвращались домой». «Лодки их человек на 30 и больше». Таким образом, морские сноровки донских и запорожских казаков целиком воспроизводят способы принятые когда-то у зигов. Константин Порфирородный (писал в 948-952 г.) и Вильгельм Рубрукс (около 1250 г.) находят зигов еще там же, где и Страбон, в Черноморско-кубанских горах. При татарах они кочевали и в Приазовских степях. Летописные бродники. по всем видимостям, те же черкасы пятигорские или чики в подвижной их, кочевой части. Когда Мамай в 1380 году, а Тамерлан в 1395 разорили все казачьи поселения на Дону и избивали христиан в Азове и его окрестностях, черкасам тоже пришлось покинуть равнины. Вместе с другими христианскими племенами Сев. Кавказа они ушли в горы, но, уходя, сожгли все пастбища и кони Тамерлана, во время похода на юг, гибли в неимоверном количестве от голода7). Турки в 1492 году закончили завоевание Кавказа и Крыма и, тогда, какое-то равнинное племя Черкасов возвратилось к Азову. От этого времени, появились казаки азовские. Черкасы крымские вместе со своим царем, крымским ханом, боролись против турок. Когда же, побежденный Менгли-Гирей, был восстановлен султаном в правах вассального владыки Крыма, его подданные, казаки, остались при нем. Основная масса горских Черкасов проживала по-прежнему на тех местах, где уже два тысячелетия жили их предки. Первое время они продолжали и свой морской промысел, нападая на турецкие купеческие и военные корабли, но самим им пришлось много страдать от воинствующего ислама. Сразу же после прихода турок христианский Кавказ сделался объектом постоянных нашествий фанатических масс персидских и турецких мусульман. Наиболее неистовствовал в то время Секайдар, глава секты софитов из персидского города Ардебиля 8). Вот что произошло в 1486 году по описанию Иосафата Барбаро9): - «Эти фанатики направились к морю Баку и пришли к Саммачи и дальше к Дербенту и в область Тумени. Их было неимоверно большое количество, хотя частично и невооруженное. Когда они пришли к реке, протекающей около Каспийских гор по области Тезехия, которая называется Терч, туда, где было много христиан-католиков, они их всех убили, каждого кого там нашли, мужчин, женщин и детей. После этого они разлились по стране Гога и Магога, которая была христианской по греческому ритуалу, и обошлись там подобным образом. Тогда обернулись они против Черкасии, двигаясь в сторону Чиппиче и Чарбатри к Великому морю и, там разделались так же. И они не успокоились до тех пор, пока население Татаркозии и Гремуча10) не восстало и, вступив с ними в бой, так их разгромило, что не осталось и двадцати из сотни, которым удалось бежать назад в свою страну. Так мы могли хорошо себе представить, что пережили там бедные христиане». Со своей стороны султан принимал меры против беспокойных приморских Черкасов. Вдоль их берега был сооружен ряд укреплений 11). Зажимая их все больше во второй четверти 16-го столетия, туркам удалось изгнать их с земли отцов. В 1552 году они уже оказались на берегах Каспия и в низовьях Волги. Здесь они на время сделались полновластными хозяевами, расположились в Астрахани 12), которую в 1556 году передали Грозному и часто обижали нагайцев. Такое положение в ханстве Астраханском принудило султана выслать туда свои войска. В сентябре 1569 года через Азов к Волге прошло 340.000 бойцов турок и татар. Из них назад вернулась лишь незначительная часть. Соединенные силы русских и казаков разгромили их под Астраханью. Разгром довершили дожди, голод и болезни. В Азове в это время «загорелось неизвестным случаем» 100.000 фунтов пороху. Весь город и замок взлетели в воздух 14). Войска султана были лишены даже зимних квартир. Как раз в это время и приходил на выручку Астрахани гетман городовых днепровских казаков Вишневецкий, а после этих событий началось интенсивное заселение южных берегов Дона и, судя по диалекту, однородным людским матерьялом. Количество поселенцев далеко превзошло численность отряда Вишневецкого. Тогда же основан и городок Черкасский. Эти годы означены также добрыми отношениями с московским царем. Без сомнения они выросли на почве борьбы Черкасов с турками. Издалека, царь и великий князь всея Руся выглядел желанным покровителем христиан в их борьбе против магометан. Обстоятельств, вызывавших горячую вражду к туркам, на юге было достаточно. Переселенцы из российских Украин, хорошо знакомые с мрачной действительностью непрекращающегося московского средневековья, уходя от Москвы, едва ли чувствовали к ней доверие. Поэтому симпатии к царям московским зародились, вероятно, не в среде верховых, а, у низовых, а, зародившись на юге, на юге же сохранялись крепче и дольше. Это очевидно по всему ходу казачьей истории. Домовитыми и обеспеченными казаки были всюду по Дону, а потому экономика здесь дело второстепенное. В эти годы особенной дружбы с Иваном Грозным, в 1651 году состоялся его брак с Марией Темрюковной, «из черкас пятигорских девицей». Тогда же, судя по актам, «сошли на Москву» последние черкаские князья. Интересно также отметить, что морские походы с Дона начались лишь после прихода сюда Черкасов, а жалобы на них только с 1584 года15). Эти десятилетия стали также эпохой расселения Черкасов по Тереку. Недаром Войсковая песня терских казаков вспоминает Грозного царя и признанное за ними право на Терек. В 1592 году Синан-паша писал царю Федору Ивановичу: «Да в ведомом месте на речке Черкаской, князь живет, да на Маночи, да под посадом под Бузуком, да на Тереке, да на Суньше реке остроги поделали, да на усть р. Суньши, где впала Суньша в Терку, тут остроги поделали и, под счастливым государством под Дербенью несколько времени казаки ваши стоят и в Дербень, и в иные места тое страны, которые ходят туда и сюда и тем людям шкоту чинят и побивают.»16) В том же году Крымский хан, жалуясь на донских казаков султану, вспоминает четыре новые городка уже близь Азова «на Маньече, в Черкасской и в Раздорах».17) После перехода Черкасов с Черноморья в Каспию, начались нападения и на этом море. Агент русско-английской торговой компании Джофрей Дуккет описывает, как во время плавания из Персии в Астрахань, после трехнедельных скитаний по бурному морю, уже недалеко от устьев Волги они были атакованы казаками. Английский экипаж сдался, был высажен в судовую лодку и получил разрешение продолжать путь в Астрахань. Морской обычай того времени разрешал корсарство, как один из промыслов по всем морям света. А казачий обычай велел щадить христиан. Все говорит за то, что, после изгнания с Черноморского побережья, черкасы окончательно осели по Дону и по Тереку. Они же, вероятно, заполнили кадры южно-волжских казаков18) и, кажется, уральских. Сроки сходятся. Были ли черкасы пятигорские полностью народом славянским? Славянской речью они пользовались «главным образом», но, на побережье Черного и Азовского морей, в продолжении 15 веков только исторического существования, они тесно общались с разными и неславянскими соседями. Среди меотийцев, жителей Приазовья, встречались разнообразные народности, племена чисто кавказские, греки, готы, алане19). Нужно принять, что славянским языком пользовалось большинство, но в процессах взаимного влияния и поглощения (некоторые малые народы исчезли без следа) создался особый тип Черкасов, который Карамзин определил, как людей азиатского вида, исповедывающих греческую веру, говорящих на славянско-татарском наречии. От этого наречия к нашему времени остались лишь некоторые незнакомые русским определения да странный акцент донской «Черкасы»20). Об этом обособленном типе пятигорских Черкасов говорит и Герберштейн: «Я должен здесь заметить, что черкасы, живущие на Днепре, - русские и, отличаются от тех, которых я описал выше (как обитающих в горах при Черном море)». В днепровских черкасах, потомках торков, ясов, касогов, почти не было славянской крови, но в течение четырех веков общались со славянами и переняли их язык. Уже при татарах иностранцы часто их называют русскими. В черкасах пятигорских, славянской крови было много больше, но они далеко ушли от общественного типа. Поэтому то, германский посол и считал нужным, подчеркнуть их отличие от Черкасов днепровских. Но, но существу, разница между теми и другими во внешности и в обычае не была настолько велика, чтобы препятствовать, им называться общим именем черкас-казак. Сами себя казаки иногда называли «сарынью». Значение этого слова объясняет летописец применительно к понятиям того времени. Тогда, родословие выводили соответственно по библейским данным. В объяснении летописца «от Измаила творят Сарини и прозваша имена собе Саракыне, рекше: Сарини есьмы» кроется такой смысл: отказываясь от Измаила, как от сына рабыни Агары, они называют себя детьми свободной Сары, законной жены Авраама. Судя по летописи, торки тоже считали себя «сариными». Особенности речи донского юга не являются его исключительной принадлежностью. Очень похожий акцент, отсутствие шипящих звуков и звука ы обнаруживается также у крымских и кавказских греков в их русском разговоре. Не казачье коренное население Азова, Армавира, Майкопа, Бахчисарая, Керчи и т. д. акцентируют подобным образом. Эти особенности сложились на юге вследствие длительного общения с кавказскими и крымскими соседями. Во всяком случае, южно-донской диалект лишь один из указателей направления, с которого шла колонизация южных берегов Дона. Эти же пути указывают на ряд прямых и косвенных показателей, из которых часть была приведена выше. Чики, дзиги, пятигорские черкасы изгнанные турками с земель, где их предки жили много веков, после полувековых блужданий осели по южному Дону и по Тереку21). Этот вывод совершенно не противоречит указаниям русских и польских историков. Он их лишь, несколько дополняет. Ведь, это произошло, действительно, после турецкого похода под Астрахань; действительно, там были и черкасы днепровские с кн. Вишневецким; действительно, из-под Астрахани явились основатели городка Черкасского и первые колонизаторы южных берегов нашей реки. Но ввиду того, что и на Днепре и на Кавказе, они были известны под общим именем Черкасов, а к тому же по типу составляли довольно однородную массу и на ону, явились одновременно с возвращающимися казаками Вишневецкого, авторы источников легко могли смешать одних с другими. При предложенном решении вопроса, особенный смысл приобретают слова генерала Ригельмана (Повествование о Донских казаках): «Мнят, будто бы они от не коих вольных людей, а более от Черкес и Горских народов взялися, и для того, считают себя природою не от московских людей, и думают, заподлинно, только обрусевши живут при России, а не русскими людьми быть». Русский генерал слышал это от жителей Дона в половине 18 века. Народным преданием пренебрегать не следует. Г. Губарев -------------------------------------------------------------------------------- 1)У Болтина (Примечания на историю древния и нынешния России Т. Лешерка) «Название сих казаков известно стало быть, около половины 13 столетия, а вскоре потом и селидьбы их во многих местах появились: ико в княжестве Курском, по Мещере и по р.Дону» 2) С. фон Герберштейн. Записка о русских делах 3) На стр. 5-ой 4) Анапы 5) Варвар, по-гречески изначает – бормочущий, говорящий невнятно 6) Боплан. Описание Украйны. С.Петербург. 1852 7) «Эвксинус» по-гречески изначает – гостеприимный. Так называлось Черное море 8) Греков и Якубовский. Золотая орда и ее падение 9) 0 походе его толп на Кавказ см. статью «Путешествия купцов в Персию», глава ХП. Она помещена в книге «Рассказы итальянских путешественников в Персию в 15 и 16 столетиях». Лондон. 1873. Текст английский 10) Иосафат Барбаро. Путешествие в Тану и Персию. Текст английский 11) По всей вероятности черкесские и кабардинские племена, которые в то время были христианами и обитали на равнине между Манычем и Кубанью 12) В делах Крымских под 1515 г. «А Санчак ныне в Кубе делает горох от Черкас». Речь идет об укреплении в устьях Кубани и Темир-Бугуза 13)«Ногайский Mуpзa Белек писал Государю: „Аккобек царь с Черкасы в свойстве учинили, и они ему Юрт его, взяв, дали: и Ямгурчей царевич в свойстве учинился и ему Юрт его, взяв, дали ж". Дела Ногайские ном. 4, л. 91». У Карамзина т. VIII 14) И.К. Трауберт. Краткое описание всех случаев, касающихся до Азова. С. Петербург. 1782 15) У Сухорукова: «На возвратном пути в Кафе июня в 22 день на заре собрались к посланнику на двор с великим умом черкаские князья и Черкасы и упрекали его, что Донские казаки в турецких владениях между Керчи и Бахчисарая на море переловили множество Черкас-рыболовов и несколько человек умертвили. Буйные хотели убить посла. Благой едва убедил их отвести к пaшe; но и туж слышал те же упреки: «Прежде, никогда не бывало, говорил паша, чтобы Донские казаки приходили для грабежей в столь отдаленные от Дона места, а ныне из турецких городов людей в плен берут и убивают». Как видно черкасы, оставаясь в Крыму поддаными султана, в своих однородцах, донских черкасах, доброжелательных чувств не вызывали. К тому же, там многие из них «потуречились», приняли магометанство 16) Дела Турецкие – у Сухорукова 17) Предисловие к английскому изданию книги: Др. Джилье Флетчер. О русской державе. Лондон. 1856 18) На картах 17 и 18 веков Гребенскне казаки показаны пo p. Волге выше Астрахани до Царицына. Вышедшие оттуда на Дон, стали называться донскими; группа, ушедшая снова в горы, сохранила старое имя гребенских-горских; а оставшиеся на Волге - назывались волгскими. 19) Жители Приазовья, вначале были известны как меоты, а от 6-го века, уже как козары. В 10 веке они составили основную массу населения Томаторкана. Многие из них пользовались славянским языком. В начале 10-го века знал дружинников-козаров и Киев. 20) Живший среди зигов в половине 15 века итальянец Нитериано, в своих записках называет их «циркасы», хотя в итальянском языке к его услугам имелся звук ч. Он очевидно воспроизводил произношение самих зигов. Это свидетельствует об отсутствии звука ч и в речи черкасов-зигов. Циркасами, а не черкасами они именуются также у других итальянских и английских авторов-современников. 21) К такому же выводу пришел и русский историк Устрялов. Его слова: «Пятигорские черкасы, жившие на берегах Кубани, единоплеменники донских казаков». Д. И. Бантыш-Каменский (Истории Maлой России. С.Петербург. 1822) также убежден, что казаки – выходцы с Кавказа.

goutsoullac: Аф. Шафонский, автор конца XVIII в.: «Нынешние горские черкесы по наружному виду лица, одеянию и по всем ухваткам, по сей день весьма на жителей, в местах Днепра живущих, и особливо на бывших запорожских казаков похожи, которые и вообще все малороссияне, из стари черкесами называются. Но черты значительного сходства в антропологическом и этнографическом облике украинцев и черкесов не являются следствием только ассимиляции последних в ХIII-ХVIII в.в., но являются также следствием наличия еще БОЛЕЕ ДРЕВНЕГО ТЮРСКОГО населения данной территории.»

goutsoullac: В. Гатцук, украинский иследователь начала XXв., демонстрирует черкесское происхождение запорожских Козаков уже в совершенно категоричных тонах: "Города Канев, Черкасы, Чигирин основаны и населены Касогами, и все сельское, хуторское, поселение по обоим берегам Днепра к югу от Киева состояло тогда из Касогов. Приднепровские Касоги зажили в мире с коренным населением, - с Славянами-Полянами. Защищая себя и их (Поляне были мирным, земледельческим племенем) от грозных врагов-монголов, все надвигавшихся с востока в последующие века, храбрые Касоги "полили своей кровью днепровские берега";... и быть может, их храбрости и военной выдержке, которыя они, живучи между Полян, передали и им, обязан в значительной мере Запад тем, что поток монгольский не разлился далее берега Днепра. Общая опасность соединяет людей. Мало по малу Касоги-Черкесы слились с Полянами и образовали, вместе с ними, так называемое Малороссийское племя. От них теперешние Малороссияне получили те свои особенности, которыя отличают чистый малорусский тип от Великороссиян - темный цвет волос и глаз, тонкия черты лица. Черкесы передали Малоруссам свою любовь к свободе, ненависть к так называемому "холопству"... От них же заимствовали Малоруссы и общий характер одежды, домашней обстановки, прежнего своего вооружения... Если прислушаться к тому, как современные Кабардинцы поют свои героические песни-былины, сродство черкесского племени с малорусским выясняется особенно ярко: тот же размер и ритм стихов, то же рифмование и такия же повышения и понижения голоса, какия слышатся в малорусских народных "думах". Даже имя свое Черкесы передали малорусскому племени: до царствования императора Александра 1-го, когда кавказские Черкесы, не пожелавшие добровольно покориться, были объявлены "врагами России", - не только русский народ, но и официальные бумаги называли Малороссиян Черкасами"с.

goutsoullac: Касогия в русско-хазарской политике Данная статья посвящена русско - касожским, хазаро - касожским, русско - хазарским взаимоотношениям и период охватывает со 2-го по 13-й век. Прежде чем раскрыть тему статьи, необходимо коротко рассказать о касогах и хазарах [1]. Касоги – одно из наименований части адыгского [2] этноса, населявшей в основном берега реки Псиз [3]. Самое раннее упоминание касогов в русских летописях, находится в «Повести временных лет». Знаменитый российский этнограф Гумилев не доверяет ее автору, обвиняя его в предвзятом видении истории, утаивании и искажении многих исторических событий. Доктор исторических наук К.Ф. Дзамихов [4] считает, что «важнейшее значение имеет установление автора первоначальных текстов, времени и места их создания, обстоятельства и целей включения известий о касогах в русские летописные своды. Изучение и использование летописных известий об адыгах, начиная с касожского периода и далее вплоть до XVI–XVII вв., необходимо вести в тесной связи со всей историей русского летописания. Широко аргументированная и подробная разработка проблем русского летописания в трудах таких известных отечественных ученых, как А. А. Шахматов, М. Д. Приселков, Б. Д. Греков, А. Н. Насонов, Д. С. Лихачев, Б. А. Рыбаков и других, позволяет сделать вывод о том, что сведения о касогах первоначально появились в Никоновском своде 1073 г. и на его основе вошли в последующие своды». В источниках разных народов адыги назывались по-разному: у грузин - Кашак, Кашаг; у армян - Гашк; у византийцев - Касах; у арабов - Кашак; у русов - Касог. До сих пор этноним, в форме «касач», известен современным осетинам - так называют они своих соседей кабардинцев, а плоскостную Кабарду - «Касачское поле». По свидетельству Константина Багрянородного [5], область «Касахия» [6], примыкает к стране аланов. Также, по показанию арабских географов, народ кашак жил в соседстве аланов, между Кавказским хребтом и морем Рум [7]. Греко-византийский этноним «зих» [8]им видимо не был знаком, не упоминали зихов ни русские, ни хазарские памятники, за исключением «Кембриджского Анонима». Из сказанного можно сделать вывод, что этноним «касог» тождественен этнониму «зих», но относилось к северным адыгам. Теперь перейдем к хазарам ... Гумилев считал их остатком скифского союза племен [9], кочевья которого располагались от Северного Причерноморья до Предкавказья. О том же говорит и «Повесть временных лет», подразумевая под скифами древнее досарматское население степей Предкавказья. Во 2-3 веках хазары были еще малочисленным племенем и занимали берег Каспийского моря между реками Терек и Сулак. Вероятно, из-за смены климата в Северном Прикаспии, обитавшие там кочевые племена сарматов сдвинулись на запад, а их территории от Терека до низовьев Волги освоили хазары. Хазария, с ее многочисленными протоками и тростниковыми зарослями, была естественной природной крепостью. После сарматов через Предкавказье последовательно проходили орды гуннов [4 в.], булгар [5 в.], авар [6 в.], мадьяр [венгры] и печенегов. Хазары же до 6 в. спокойно жили в Западном Прикаспии, пока не появились тюркюты. Тюркюты - маленький этнос монголоидного происхождения, так называемые «древние тюрки», возглавившие огромный союз кочевых племен - Тюркский Каганат [4-8 вв.]. Они дошли до Дона и Черного моря, где булгары [10] и хазары вошли в состав Каганата. Когда Тюркский Каганат начал разваливаться, хазары приняли у себя бежавшего царевича тюркютской династии Ашин и прогнали булгар. Под военным руководством тюркютов [650-810 гг.] хазары успешно отражали периодические нашествия с юга арабов, что сплотило эти два народа, причем, тюркюты оставались кочевниками, а хазары - земледельцами. В 6 в. Хазария приняла бежавших из Ирана евреев. Войны с арабами привели к освобождению части земель Хазарии, что позволило беженцам осесть там. В 8 в. к ним стали присоединяться евреи бежавшие из Византии, именно благодаря ним, в начале 9 в., маленькое ханство превратилось в огромное государство. Обращения хазар в иудаизм не было, т.к. еврейская община жила среди хазар и тюрко-хазар обособленно. Вообще, для удобства основное население Хазарии можно назвать «хазары», «тюрко-хазары» и «иудео-хазары». К концу 8 в. иудео-хазары начали постепенно проникать во властные структуры Хазарии, действуя своим излюбленным методом - роднясь через дочерей с тюркутской аристократией. У детей тюрко-хазар и евреек были все права отца и помощь еврейской общины во всех делах. А дети евреев и хазарок становились своего рода изгоями [караимы] и жили на окраине Хазарии - в Тамани или Керчи. В начале 9 в. влиятельный иудей Обадия взял власть в свои руки и положил начало еврейской гегемонии в Хазарии, действуя через хана-марионетку династии Ашин, мать которого была еврейка. Но не все тюрко-хазары приняли иудейство. Вскоре в Хазарском Каганате произошел переворот, вылившийся в гражданскую войну. «Старая» тюркютская аристократия подняла мятеж против иудео-хазарской власти. Повстанцы привлекли на свою сторону мадьяр [венгров], иудеи наняли печенегов. Константин Багрянородный описывал те события так: «Когда у них произошло отделение их от власти и возгорелась междоусобная война, первая власть [иудеи] одержала верх и одни из них [восставших] были перебиты, другие бежали и поселились с «турками» [мадьярами] в печенежских землях [низовье Днепра], заключили мир и получили название кабаров». Некоторые исследователи связывают название этого союза племен («кабар») с наименованием современных кабардинцев, намекая на их тюркское происхождение. Эта гипотеза не имеет под собой оснований, т.к. по народным преданиям кабардинцев, наименование своей земли (Кабардей) они получили от владельца тех земель по имени Кабард. А подобное имя могло быть популярным в те времена, чему свидетельствует несколько фактов: 1) Существование местности Кабарди, между реками Бельбек и Кача, близ Таганрога; 2) Существование там же одной из многочисленных генуэзских крепостей - Кабарди; 3) Древние нередко назвали Минерву, богиню городов, войны и ума, Минервой Кабардинской [11]. Поэтому не удивительно, что адыги, в большом количестве жившие в те времена в генуэзских крепостях и их окрестностях [12], использовали имя «Кабард». Вероятно, именно они, вытесненные монголо-татарами через Крым в Тамань, а после в Пятигорье, стали предками кабардинцев. В 9 веке иудео-хазарский каган пригласил варяжскую дружину князя Олега для войны с мусульманами Южного Прикаспия, посулив раздел Восточной Европы и помощь в захвате Киева. Захватив в 882 г. Киев самостоятельно, Олег отказался выполнять условия соглашения, началась война. В источнике «Кембриджский аноним» перечислены враги хазаро-иудейской общины: «Асия [осетины], Баб-ал-Абваб [Дербент], Зибух [зихи?], Турки [венгры], Лузния [ладожяне, т.е. варяжская дружина Олега]». Примерно в 957 г., после крещения киевской княжны Ольги в Константинополе, т.е. после заручения поддержкой Византии, началось очередное противостояние Киева и Хазарии. Благодаря союзу с Византией, русов поддержали печенеги. Союзниками хазар были ясы и касоги, но они были лишь данниками и преданность их иудейскому правительству сомнительна. Самое раннее упоминание о касогах содержится в летописном рассказе, описывающем поход Святослава в 965 г. Лаврентевская летопись сообщает по этому поводу следующее: «Одоле Святослав козарам [хазаров] и град их Белу Вежу взя. И ясы победи и касоги». В летописи по Ипатьевскому списку к этому фрагменту добавлено: «... и приде к Киеву». А.А. Шахматов, реконструируя Древнейший Киевский свод, выделял фрагмент «и ясы победи и касоги» как вставку позднейшего редактора. Этот момент, по словам К.Ф. Дзамихова, не всегда учитывается современными исследователями, которые, описывая южную часть пути Святослава от Семендера до Саркела, пользуются приведенным известием как абсолютно достоверным. При изучении этих событий ученые привлекают сведения из трудов древних арабских историков Ибн-Хаукаля, Ибн-ал-Асира и др., а также анонимной «Записки греческого топарха» начала Х в. В последних не содержится никаких фактов о походе русов на земли ясов и касогов. В.Н. Татищев, основываясь на не дошедших до нас летописных источниках, пишет, что в 967 г. «Святослав, елико по призыву Никифора, царя греческого, на болгар, толико по своей обиде, что болгары помогали козарам, пошел паки к Дунаю. И сошедшись у Днестра, где болгары, козары, касоги и ясы в великой силе Святослава ожидали, не хотя Днестр перепустить». Как говорит летопись, Святослав не стал биться с объединенным войском своих противников, а двинулся вверх по Днестру. Отсюда К.Ф. Дзамихов делает вывод, что Святослав действительно имел военные столкновения с касогами и ясами в промежутке между 965-м и 967 гг., но нет свидетельств того, что они были им в этот период покорены. Если бы они были приведены в зависимость в 965 г. Святославом, вряд ли государственные образования касогов и ясов были настолько жизнеспособны, чтобы через два неполных года оказаться в союзе болгар и хазар против русов. Остатки иудео-хазар осели в Дагестане [горские евреи] и Крыму [евреи-караимы]. Хазары и тюрко-хазары остались, соответственно, на Тереке и Дону, в дальнейшем именуясь «бродниками» [13]. Сын Святослава - Владимир захватил в 988 г. хазарскую крепость Тмутаракань и отдал ее в княжение малолетнему сыну Мстиславу. После взятия Владимиром византийской крепости Корсунь [Херсонес] в Крыму, отношения с Константинополем осложнились. Византия наслала на Русь печенегов, в результате чего последней были потеряны причерноморские степи. По мнению Гумилева, Мстислав был воспитан в Тмутаракани среди иудео-хазар, а главными противниками его друзей была "тмутараканская группировка касогов". Далее, «Повесть временных лет» сообщает о походе в 1022 г. тмутараканского князя на касогов и дает подробное описание поединка Мстислава с касожским князем Ридадой: «В год 6530 (1022) пришел Ярослав к Берестью. В то же время Мстислав, который владел Тмутараканью, пошел на касогов. Узнав же об этом, князь касожский Редедя вышел навстречу ему. И, когда стали оба полка друг против друга, сказал Редедя Мстиславу: «Чего ради мы будем губить наши дружины? Но сойдемся и сами поборемся. И, если одолеешь ты, возьмешь имущество мое и жену мою, и детей моих, и землю мою. Если же я одолею, то я возьму все твое». И сказал Мстислав: «Будь так». И сказал Редедя Мстиславу: «Не оружием будем биться, а борьбой». И схватились бороться крепко и долго боролись, и начал изнемогать Мстислав, ибо был велик и силен Редедя. И сказал Мстислав: «О, Пречистая Богородица, помоги мне! Если же одолею его, построю церковь во имя твое». И, сказав это, ударил Редедю о землю. И выхватил нож, зарезал Редедю. И пошел в землю его, взял все имущество его и жену его, и детей его, и дань возложил на касогов. И, вернувшись в Тмутаракань, заложил церковь Святой Богородицы, и построил ее, стоит она и до сего дня в Тмутаракани». Как и летописное известие о походе Святослава в 965 г., так и сюжет о единоборстве Мстислава с Ридадой, восходит к своду Никона (1073 г.), который жил в Тмутаракани в 1061-1066 и 1073-1074 гг. В эти годы он еще мог встретить здесь очевидцев событий 1022 г. К.Ф. Дзамихов считает, что анализируя данный сюжет, необходимо учитывать время, в условиях которого он создавался, ведь составленный Никоном свод выражал церковные интересы - условием победы Мстислава, по летописи, являлось его обращение к божественной силе. Позже, в XVI-XVII вв., трактовка единоборства в русском летописании опять меняется. В условиях освобождения от татаро-монгольского ига, создания централизованного государства, захвата Астрахани и Казани, борьба Мстислава с касогами изображается как борьба с антихристианской и богопротивной, т.е. языческой силой, а Ридада характеризуется как «супостат», «варвар» и «безбожник». А еще позже сюжет пленения семьи Ридады послужил при составлении родословных некоторых российских боярских фамилий (XVI-XVII вв.). По преданию, два сына Ридады были крещены Мстиславом и получили имена Юрия и Романа. К ним и возводили свои генеалогии многие боярские фамилии России: Белеутовых, Сорокоумовых, Глебовых, Симских, Добрынских и др. Легенда о единоборстве Ридады достаточно хорошо сохранилась в адыгском фольклоре. Еще в первой половине XIX в. она была приведена адыгским просветителем Ш.Б. Ногмовым [14] в работе «История атыхейского народа». Согласно приведенному им адыгскому преданию, «князь Идар с Эльжеруко Хамишевым [15] и Редедею, собрав кахов [16], хагаков [17] и воинов из других адыхейских племен, пошли на Тамтаракай ... когда обе армии сблизились, Ридада, по обычаю тогдашних времен, захотел решить участь войны единоборством. Он стал просить у тамтаракайского князя бойца и говорил ему: - «Чтобы не терять с обеих сторон войска, не проливать напрасно крови и не разрывать дружбы, одолей меня и возьми все, что имею». Князь тамтаракайский согласился и не стал искать в своем войске единоборца, а пошел сам на вызов великана. Противники сняли с себя оружие, положили его на землю и начали борьбу, продолжавшуюся несколько часов. Наконец Ридада пал, и князь поразил его ножом. Происшествие это прекратило войну, и адыхейцы возвратились в отечество, более сожалея о потере лучшего воина, чем о неудаче предприятия». В отличие от русской летописи, адыгское предание, согласно Ногмова, имеет продолжение. Спустя несколько лет адыги собрали значительное войско с намерением отомстить за смерть Ридады и завоевать тамтаракайскую землю. Для увеличения своих сил они просили помощи у опсов [18], и те им прислали до 6000 отборных людей. Война продолжалась некоторое время с величайшим упорством с обеих сторон. Наконец адыго-абазинское войско победило и разорило всю область Тамтаракайскую. С того времени ведется пословица у адыгов: «Тамтаракай ухъу», т.е. «Да постигнет тебя участь Тамтаракая». В русских летописях имя Тмутараканского удела исчезает в XII столетии и Ногмов считал, что предание и пословица оставшиеся в народе, доказывают, что это событие совершено касогами. Но вернемся к Мстиславу ... В 1023 г. он с иудео-хазарским и касожским войсками пошел на Киев, где княжил старший брат Ярослав. Тот встретил Мстислава с наемным варяжским войском, но потерпел поражение. Решающим фактором в битве стали «северяне», которых Мстислав бросил на передовую, жалея своих людей, за что народ и не принял его как нового киевского князья. Мстиславу пришлось договариваться о мире с братом, после чего Ярослав вернулся в столицу, а ему отошли земли на левобережье Днепра [Черниговское княжество]. Тогда касоги покинули князя и вернули свои земли, о чем и сообщает Ш.Б. Ногмов. Мстислав служил брату до самой смерти [1036 г.], а иудео-хазары, не сумев сделать из Киева вторую Хазарию, вернулись в Тмутаракань. В 1055 г. половцы пришли в степи Предкавказья и Причерноморья, тем самым затруднив сообщение Руси с Тмутараканью, в которой в это время сложились две противоборствующие группировки: 1) Глеб Святославич с асами [19], касогами и половцами, стремившийся к самостоятельности княжества; 2) иудео-хазары, которые были за развитие торговых отношений с Византией и Русью. В середине 11 в. в Тмутаракань, бывшую всегда местом для русских князей-неудачников, прибыли внуки Ярослава - Ростислав и Борис. Они, при поддержке влиятельной партии иудео-хазар, выгнали из княжества Глеба Святославича. Но в 1065 г. с помощью киевского князя Святослава тот вернул себе княжение. После ухода киевских войск, Ростислав снова прогнал Глеба, заодно обложил данью касогов и другие соседние народы. Летописец Никон, как сообщалось выше, в 60-х гг. XI в. находился в Тмутаракани, т.е. являлся очевидцем прихода князя Ростислава Владимировича в Тмутаракань и его отравления византийцами в 1066 г. Из летописи известно, что «Ростислав сущю Тмутаракани и емлющю дань у касог и у инех стран, сего же убоявшеся греци, послаша о лестью котопана», т.е. греки были обеспокоены экспансией тмутараканских князей в отношении Кавказа и Тавриды, в связи с чем, подослали к Ростиславу своего человека, который и отравил его. После смерти Святослава, его власть была объявлена узурпацией, а сыновья стали изгоями. Князь Олег Святославич бежал в Тмутаракань [1078 г.] к брату Роману. Но иудейская община была на стороне пришедших к власти в Киеве князей Всеволода и Изяслава. В результате нескольких столкновений, князь Борис погиб в бою, Роман был убит иудеями, а Олег [ими же] отправлен в плен в Византию. Наместником в Тмутаракани был посажен некто Ратибор, но уже в 1081 г. сюда бежали два очередных князя-изгоя - Володарь и Давыд. Они прогнали Ратибора и захватили княжество. В 1083 г. новый император Византии освободил князя Олега. Вернувшись, тот отомстил за свое изгнание, истребив, при поддержке все той же партии касогов, апсов и половцев, остатки иудео-хазар в Тмутаракани. В 1094 г. Олег взял с собой своих сторонников, среди которых, конечно же, была касожская дружина, и ушел княжить в Чернигове [севернее Киева]. Тамань он формально оставил своему союзнику - Византии, но реально ею завладели касоги. Тмутараканский период, по мнению К.Ф. Дзамихова, явился первым опытом для адыгов и славян в знакомстве с культурными достижениями друг друга. В Тмутаракани строились церкви, монастыри, что влияло на еще большую христианизацию касогов и зихов. В свою очередь, в Южной Руси при постройке и украшении церквей стали пользоваться кавказским орнаментом, начали приглашать к себе местных иконописцев (абхазо-абазин) и т.д. Далее, началось заселение генуэзских крепостей на побережье Черного и Азовского морей зихо-касогами, их проникновение во властные структуры. Но этой благоприятной ситуации, как всегда, помешало нашествие кочевых племен. В 1222-1223 гг. на Северный Кавказ приходят «монголо-татары». Разбив союзные силы половцев [кыпчак], аланов и касогов, а затем союзные силы русских и половцев, они образуют Монгольскую империю. Приход монголо-татар заставил адыгское население Северного Приазовья мигрировать в Крым, о чем мы уже упоминали выше. Наименования в источниках страны адыгов «Зихия» и «Касогия» постепенно сменилось на «Черкасия», а этнонимы «зих» и «касог» - этнонимом «черкас», полученным от татар. Но это уже не относится к теме нашей статьи. Примечания: Подразумевается, что о росах и так известно многое Здесь и далее под этнонимом адыги подразумевается народ более известный в мире как черкесы. И обратно, под черкесами будет подразумеваться весь адыгский народ, а не только жителей современной Карачаево-Черкесии. Псызэ (Псыжь) - местное адыгское наименование реки Кубань, точное значение которого утрачено. Есть версии, что Псызэ переводится как: 1) «река старая», 2) «князь старый», 3) «река бурная» Касболат Фицевич Дзамихов - доктор исторических наук, профессор кафедры Истории Отечества Кабардино-Балкарского госуниверситета. Имеет 75 научных публикаций, среди которых: «Отечественная историография социально-экономического строя Кабарды в прошлом»(М, 1984); «Адыги: вехи истории»(Нальчик,1994); «Кабарда во взаимоотношениях России с народами Кавказа, Поволжья и Крымским ханством (середина 16 - конец 18 вв.)» (Нальчик, 1997, в соавт.); «Адыги и Россия (формы исторического взаимодействия)»(М,2000); «Вопросы политической истории народов Северного Кавказа»(Нальчик, 2001);«Адыги в политике России на Кавказе (1550 - начало 1770-гг.)» ( Нальчик, 2001 г.).. Константин Богрянородный - византийского императора 10 в. н.э. Касогия - страна касогов (северных зихов или адыгов). Занимала примерно территорию по руслу Кубани, от Таманского полуострова до Алании (аланы - ирано-язычное сарматское племя), часть восточного берега Азовского моря. Море Рум - Черное море. Зих - еще одно наименование адыгов, возможно местное. Так называли тот период адыго-абхазский союз племен на побережье Черного моря, живших примерно от Новороссийска до Сухуми. Скифы не были единым народом. Вся Скифия представляла из себя несколько больших племен объединенных в союз, причем греки иногда называли скифами многие племена жившие к востоку от них, в «Азии» (славян и т.д.). Булгары - Отставшие от гуннского союза племен утигуры и кутригуры, которые заняли земли между Кубанью и Доном. Кабардей (Кабартей) так и переводится с адыгского языка - «Кабарду принадлежащее». В народных преданиях сохранилось имя первостепенного дворянина Кабарда Тамбиева, получившего земли на востоке Черкесии в награду за оказанную Великому Князю Черкесии услугу. Согласно сведениям Николая Витсена (17-18 вв.), «Кабарда - небольшая черкесская область. Минерва у древних имеет название Кабардия, по-видимому, в определенном месте, а именно в этой местности; говорили также ... Минерва Кабардинская». В бассейн Черного моря генуэзцы и венецианцы, а вкупе с ними пизанцы, флорентийцы, тосканцы и прочие итальянские коммерсанты стали проникать еще в XII в. В 1169 г. генуэзцы первыми добились от императора Мануила I Комнина важнейшего для себя указа, по которому им разрешалось торговать в Черном море. На территории между Таной (Азов) и Себастополисом (Сухум), заселенной в те времена черкесами, в XIII-XV вв. насчитывалось 39 торговых поселений генуэзцев. Все эти поселения, в большинстве случаев кварталы, размещались в приморских зихских (черкесских) населенных пунктах и городах. Генуэзцы в Зихии поселялись исключительно с согласия местных князей или вождей; их торговые поселения платили дань зихским предводителям и не обладали правом экстерриториальности (т.н. dominum directum) Бродники - упоминавшийся в летописях народ, кочевавший в Предкавказье. Считаются одними из предков казаков. Шора Бекмурзович Ногма (Нэгумэ Шорэ) - кабардинский просветитель, историк, филолог, поэт, общественный деятель. Родился в 1794 г. в родовом ауле Ногма на р. Джуца (Юца) недалеко от современного г. Пятигорск, в дворянской семье. Кабардинский князь Идар и бжедугский князь Эльжеруко Хамишев - персонажи адыгской истории 16 века, ошибочно привнесенные народом или самим Ногмовым в легенду о Ридаде. Кяхи - так кабардинцы называли западных адыгов, живших на относительно равнинных землях за р. Кубань. Примерный перевод - «низовые». Хегайки (Шегаки) - адыгское племя занимавшее Таманский полуостров и окрестности Анапы. Опсы (Апсуа) - так в некоторых исторических источниках называли абхазов и абазин. Здесь «асы», судя по Ногмову, - это апсы (т.е. абхазо-абазины). Хотя, может быть и ясы (осетины). Источники и литература: Гумилев Л.Н. «Древняя Русь и Великая степь». Москва, «Мысль», 1989. Дзамихов К.Ф. «Адыги в политике России на Кавказе (1550 - начало 1770-гг.)». Нальчик, 2001. Бейтуганов С.Н. «Кабарда в фамилиях». Нальчик, «Эльбрус», 1998. Гудзий И.К. «Хрестоматия по древней русской литературе». Москва, 1952. Карамзин Н.М. «Предание веков». Москва, «Правда», 1988. Ногмов Ш.Б. «История атыхейского народа». Нальчик, «Эльбрус», 1994. Бларамберг И.Ф. «Историческое, топографическое, статистическое, этнографическое и вольное описание Кавказа». Глава 7. Описание Осетии. Самир Хотко «Генуэзцы в Черкессии (1266-1475)»

goutsoullac: Данные о численности военно-земледельческого сословия казаков до революции 1917 г. разнятся от 4,2 до 7-8 млн человек. Их число даже в масштабах России было значительным, как и вклад в расширение и охрану границ. В трудах, специально посвященных казакам, главах книг, журнальных статьях, исследованиях Н. Карамзина, И. Дебу, С. Броневского, Г.-Ю. Клапрота, Н. Дубровина и других содержится множество интересных фактов быта, мировосприятия, культуры, взаимоотношений с соседями едва ли не самой исстари демократической части российского общества. Любовью, уважением к казакам проникнуты произведения Льва Толстого, Михаила Шолохова, других писателей. Характерные сцены из жизни вольнолюбивых воинов и земледельцев отражает известное полотно Василия Сурикова “Покорение Ермаком Сибири” и картина Ильи Репина “Запорожцы пишут письмо турецкому султану”. Таким образом, жизнь, история казаков - совсем не закрытая книга. Другое дело, что царизм во что бы то ни стало хотел видеть в казаках только вечных воинов, авангард колониальных, экспансионистских устремлений самодержавия или так называемых освоений территорий, лишить их всяческой возможности самим определять свое предназначение, строить по-своему жизнь. Конечно, казаки неоднократно предпринимали попытки изменить свое положение, в массе своей хотели мирной трудовой жизни. В небольшой брошюре профессора М. Аутлева, например, говорится, что история сохранила факт восстания двух казачьих полков после возвращения из персидского похода. Итог царского суда над казаками: 55 из них умерли от истощения и пыток еще до суда, 165 приговорены к повешению, двое, которым было всего по 15 лет, - к прогону сквозь строй в тысячу человек. Так самодержавие расправлялась с теми казаками, которые выражали несогласие с его неукротимой жаждой агрессии. Увы, и в новое время трагическим фактом, потрясшим мировую общественность, стала известная директива о расказачивании, в жестокие жернова которой попали тысячи и тысячи казаков, их жен, стариков и детей. Впрочем, все это - тема отдельного разговора. Мы же остановимся на предмете, так или иначе затрагиваемом сейчас на научных конференциях, в публикациях, на больших и малых казачьих кругах: казаки - это сословие со своей своеобразной субкультурой или все-таки самостоятельный этнос? В научной литературе этот вопрос интерпретируется практически всегда однозначно - военно-земледельческое сословие. И все же решение не столь однозначно, размашистая категоричность в рассмотрении этой тонкой историко-политической проблемы вряд ли уместна. Мы посмотрим на нее с учетом и такого на первый взгляд впрямую не связанного с ней факта, каким является 445-летие присоединения Черкесии к России. В истории отношений черкесов (адыгов) с Россией были разные периоды. При этом нельзя не учитывать те связи, которые возникали, а затем разрушались, вновь возникали и вновь ослабевали или вовсе исчезали. Будь не так, а иначе, не было бы того драматизма, который присущ истории адыгов (черкесов) и других северо-кавказских народов в XVIII-XIX вв. Впрочем, об истории Кавказской войны имеется немало достаточно объективных публикаций. Мы попытаемся подойти к истокам, корням казачества. К корням забытым или малоизвестным. Этнографы, политики, военные деятели XVIII-XIX вв. свидетельствовали в своих трудах о том, что между адыгами (черкесами) и казаками существует не просто соседская, дружеская связь, а более глубокое генетическое родство. Одним из наиболее авторитетных в этом смысле свидетельств стала изданная в Ставрополе в начале 90-х годов ушедшего столетия книга Иоганна Бларамберга “Кавказская рукопись”. Написанная в 1833 г., она почти 170 лет была неизвестна широкому читателю. Николай I поставил на ней гриф “секретно”, сделав ее открытой только офицерам Генерального штаба. Как справедливо отмечается во введении, “сочинение это не утратило своего значения и поныне”. На 117-й странице книги говорится: “В 1282 году татарский хан Баскак привел черкесов из района Бештау или Пятигорска к Курску и, построив пригород, поселил их там, назвав “казаками”. Грабежи и притеснения, творившиеся черкесами, послужили поводом для многочисленных жалоб населения, что вынудило в конце концов курского князя Олега разрушить их поселения... По этому поводу было много убитых, а оставшиеся в живых черкесы разбежались. Эти последние вместе с русскими беглыми крестьянами творили беспорядки, скрываясь в лесах от преследователей. Только с большим трудом удалось их прогнать, а частично умиротворить. Значительная часть их обосновалась в нижнем течении Днепра, ниже порогов, где они построили городок Черкасск, получивший такое название вероятней всего потому, что большую часть этих людей составляли выходцы из черкесских племен; они обосновали там разбойничью республику, ставшую знаменитой под названием “Запорожские казаки””. (Понятно, что принадлежавший к высшим офицерским кругам Российской империи И. Бларамберг писал свой труд с вполне объяснимых позиций дворянско-монархической историографии, и книга содержит, как видно из приведенного отрывка, вместе с ценными фактическими материалами ряд тенденциозных, граничащих с пренебрежением, характеристик, требующих критического отношения.) Известно также, что сопровождавший невесту Ивана Грозного княжну Гошаней (в крещении царицу Марию) многочисленный отряд кабардинцев (черкесов), возвращаясь на родину, также осел в Запорожской Сечи, пополнив казачью вольницу. Возвращаясь к сочинению И. Бларамберга, заметим, что некоторые авторы, пишущие на названную тему, утверждают: дескать, черкесами называли тогда едва ли не всех уроженцев Кавказа. Это верно лишь до известной степени. Во всяком случае, в книге И. Бларамберга, полное название которой “Историческое, топографическое, статистическое, этнографическое и военное описание Кавказа”, четко обозначены описанные им народы: кабардинцы, осетины, ногайцы, карачаевцы, абазины и племена, их составляющие или им родственные. Есть и иные терминологические, военные, языковые свидетельства кровного родства казачества с адыгами. В беседе со слушателями Ростовской высшей партийной школы писатель-казак М. Шолохов не отрицал, что его родословная связана с фамилией черкесских коннозаводчиков Шолоховых, создателей знаменитой породы лошадей - шолёх. Черкесское происхождение и у некоторых названий казачьего оружия. Сабля (сэблъэ) - нож-змея, шашка (сэщхуэ) - большой нож и пр. А сшитая в давние времена на адыга черкесская форма пришлась впору и казаку, и русскому офицеру, да и самому царю. Не случайна, по-видимому, и одна из причин царского грифа секретности на упомянутой рукописи. Ведь едва ли не передовые цепи царской армии на Кавказской войне - казачьи формирования - вели боевые действия против почти единокровных братьев. До последнего времени какие только ярлыки и наименования не приклеивались казачеству. И клеймящее “цепные псы самодержавия”, и умеренное, нейтральное “военно-земледельческое сословие” и, наконец, “этнос”, “народ”. Сторонники последней формулировки забывают или попросту не знают, что присвоить в одночасье указом, декретом, голосованием или иным волюнтаристским, демократическим или псевдодемократическим образом такое наименование нельзя. Мало для этого, вероятно, и того факта, что казачество ведет происхождение пусть от разных, но близкородственных этносов - русского и украинского. А вот приведенные свидетельства, что в результате смешения совершенно различных этносов русско-украинского и адыгского (черкесского), их традиций, обычаев и культур возникли не просто субкультура или субэтнос, а этнос, со своей непростой, героической и драматической историей и корневыми демократическими традициями можно, полагаю, рассматривать, в качестве приемлемой для обсуждения гипотезы. Эдуард Джегутанов, Черкесск

goutsoullac: ЧЕРКАСЫ - 1) Русское название кавказской горной страны; Черкасии (см.). 2) Жители Сев: Кавказа в старинном русском произношении; в летописях, это прозвище применялось ко всем народам проживавшим в стране Черкасии, но иногда называют им и предков Днепровских Казаков, без сомнения, зная о их кавказском происхождении. После прихода в наши степи Половцев - Кыпчаков и падения Томаторканской. державы, на границах Киевской Руси стали скопляться её недавние жители: Торки, Берендеи, Торпеи и другие. Они прослыли там под прозвищем, "Чёрные Клобуки" . А в Московском летописном своде конца XV века под годом 1152 поясняется: "Все Чрные Клобукы, еже зовутся Черкасы" . То же повторяется и в Воскресенской летописи. Позднее от этих Черкас стали отличать Ч., Пятигорских, среди которых всё же оставалось немало христиан славянской речи. Для Кавказа понятие Ч. пришло на смену такому же общему и неточному летописному прозвищу Касаги, Касоги, Казяги. На Днепре оно надолго закрепилось за Казаками и много раз встречается в русских актах, причем тот народ, который в них фигурирует под именем Ч., по современным им польским данным известен, как Казаки. Полное Собрание Законов Российской империи пользуется термином Ч. еще и в 1766 году. , В томе XVII под № 12733 значится: "Кто из помещиков, захватив в свое владение из порозжих Государевых земель; поселил на тех землях разных наций людей, яко то Малороссиян и Черкас и другого звания, которых в вечность за собой укреплять запрещено, а они за ними остаться и ныне пожелают, то на оных Малороссиян и Черкасов отмерить те земли на число душ". Русский историк Н. М. Карамзин имел достаточно оснований для того, чтобы сделать свой знаменательный вывод, считая, что имя Казаков "в России древнее Батыева нашествия и принадлежало Торкам и Берендеям, которые обитали на берегах Днепра, ниже Киева. Там находим и первое жилище Малороссийских Козаков, - говорит он дальше. - Торки и Берендеи назывались Черкасами: Козаки также. Вспомним Касогов, обитавших по нашим летописям между Каспийским и Черным морем; вспомним и страну Казахию, полагаемую Императором Константином Багрянородным в сих же местах; (...) столько обстоятельств вместе заставляют думать, что Торки и Берендеи, называясь Черкасами, назывались и Козаками". Карамзин считал Черкасов народом славянизированным и иных Славян кроме Русских на востоке Европы не признавал: Они "под именем Козаков составили один народ, который сделался совершенно Русским, тем легче, что предки их, с десятого века обитав в области Киевской, уже сами были почти Русскими". Ч. скопились у Днепра в XI веке под давлением кочевников, пришедших из Азии. Враждебные Кыпчакам, для Татар Золотой Орды они оказались полезными соратниками и обратились в часть Ордынских Казаков. Обратный отход на восток Ч. начали в XVI в., а в конце XVIII ст., по воле императрицы Екатерины II, они воз-вратились на земли древней Черкасии, но уже с новым официальным именем Черноморских Казаков. Но в ХI-ХII вв. не все казачьи предки покинули Кавказ. Часть из них, по русским данным (историки Болтин и Татищев), вызвана баскаком Курского княжения Ахматом в 1282 году и вскоре эти Казаки-Черкасы построили на Днепре город, названный их прозвищем Черкасами. Кроме этого, Ермолинская летопись под годом 1445 сообщает: "Тоже весны царь Махмет и сын его Мамутяк послали в Черкасы по люди и прииде к ним две тысячи Казаков". Через полвека С. Герберштейн и Матвей из Мехова говорят в своих сочинениях о проживавших в Пятигорьи христианах славянской речи. Эти остатки казачьих предков ушли оттуда на Терек и Дон, а частично под Астрахань и на Днепр, во второй половине XVI века, когда на Сев. Кавказ вторично нахлынули турецкие армии. 3) Город на Днепре построенный Казаками, выходцами из Черкасии. Ранний русский историк И. Вол-гин, на основании данных какой-то пропавшей хроники, говорит: "В 1282 г. Баскак Татарский Курского княжения, призвав Черкас из Бештау или Пятигорья, населил ими слободы под именем Казаков". Но эти Казаки, "не обретши себе безопасности там, ушли в Канев к Баскаку, который и назначил им место к пребыванию ниже по Днепру. Тут они построили себе городок или, приличнее, острожок и назвали Черкасы, по причине, что большая часть из них была породою Черкасы". В основной Лаврентьевской летописи листки относящиеся к этому времени тоже исчезли. Другой ранний историк" В. Н. Татищев говорит об основателях города со злостью: "перные козаки, зброд из черкес горских, в княжении Курском в 14 ст. явились; где они слободу Черкасы построили и под защитой татарских губернаторов воровством и разбоями промышляли; потом перешли на Днепр и город Черкасы на Днепре построили" (В. Н. Татищев, История Российская, М.-Л. 1963, т. II, стр. 240). Татищев, большой казакофоб, переносит время появления Черкасов в Курском княжении на XIV ст., но события, связанные с этим, по летописным данным, происходили тогда, когда темник Нагай был еще жив, а он погиб в 1300 году. От конца XV в. Ч. служили пограничным пунктом Вел. кн: Литовского; в 1528 г. выдержали осаду Крымских Татар; в 1553 г. князь Дмитрий Вишневецкий с местными Казаками отбился там от нападения хана Девлет Гирея. От этого времени до Богдана Хмельницкого Ч. служили центром управления для Казаков, попавших в границы Литвы. Во время Казачье - Польской войны город переходил из рук в руки и совершенно обезлюдел. От 1797 г. Ч. - уездный город Киевской губ.; ок. 40 тыс. жителей, пристань на Днепре, ж.д. станция, винокуренная и свеклосахарная промышленность. От 1920 г. принадлежит Украине. Фотографии из карельской деревни Черкасы, которую, по-видимому, основали запорожцы, высланные сюда Петром I

goutsoullac: Черка́сы — в летописях, это прозвище применялось ко всем народам, проживавшим в стране Черкасии[1] Также использовалось в правовых актах как экзоним преимущественно запорожских козаков до того как термин был вытеснен в XVII веке другим термином — малороссийские казаки.[2] Содержание 1 История 2 Экзоним украинцев 3 Интересные факты 3.1 Населенные пункты от слова «черкас» 4 Примечания 5 См. также 6 Литература История Российский историк начала XIX века А. Попов считал, что черкасы впервые упоминаются в начале II века н. э. под названием гениохов. Согласно Попову, Анквиал, как правитель Черкасии, был известен и при при преемнике Траяна Адриане[3]. Согласно Диону Кассию, в 114 году Траян в Малой Армении в г. Сате принимал правителя гениохов и махелонов Анхиала с большим торжеством и отпустил его с богатыми дарами[4]. Распространение среди черкасов христианства относится ко времени византийского императора Юстиниана (527—565), который на их земле построил первый храм. Тогда же была основана и православная Зихийская епархия, подчинявшаяся Константинопольскому Патриархату (существовала до конца XI века). Епископ черкесов-христиан участвовал в Ферраро-Флорентийском соборе[5]. Черкесы названы Рашид-ад-дином среди народов, которые Чингисхан предназначил для владений Джучи (в одном ряду с урусами и асами)[6](в § 262 и 270 «Сокровенного сказания» они названы серкесутами); о них говорится в булле Иннокентия IV 1245 года[7]. Первые упоминания собственно этнонима черкасов в русских летописях относятся к XIV веку: Ясские и Черкасские горы упомянуты в повести о смерти Михаила Тверского[8]; черкасы — один из народов Золотой Орды, пострадавший от мора 1346 года[9]; черкасы названы среди жителей Александрии, пострадавших от похода 1365 года[10]; также «черказы» были среди участников войска Мамая во время Куликовской битвы[11]. В Воскресенской летописи XVI века при описании событий 1152 года название Черные Клобуки поясняется «еже зовутся Черкасы»[12], однако в более ранних летописях (например, Ипатьевской) такое пояснение отсутствует. В. Н. Татищев в «Истории Российской с самых древнейших времён» предполагает, что курский баскак (губернатор) Ахмат вызвал часть черкасов с горы Бештау и Пятигорья: Оные прежде из кабар-динских черкес в 14-м веке в княжестве Курском, под властью татар собравши множество сброда, слободы населили и воров-ством промышляли, и из-за многих на них жалоб татарским губернатором на Днепр переведены, и град Черкасы по-строили. Потом, усмотрев польское беспутное правление, всю Малую Русь в казаков превратили, гетмана или отомана из-брав, все черкесами поименовались. При царе Иоанне IV-м, на Дон с князем Вешневецким перейдя, град Черкасский по-строили… — В. Н. Татищев, История Российская, М: ACT: Ермак, 2005, т. I, стр. 419 Карта Московии, опубликованная Герберштейном в 1549 г Сигизмунд фон Герберштейн, посол германского императора, посетивший Московию в 1517 и в 1526 гг., рассказывал, что там, где Кавказский хребет упирается в южный рукав Кубани, в горах жили черкасы пятигорские или зихи: Этот народ, надеясь на защиту своих гор, не оказывает послушания ни туркам, ни татарам. Русские утверждают, что это христиане, что они живут по своим обычаям, ни от кого не зависят, исповедуют греческую веру, а службу церковную отправляют на славянском языке, которым главным образом и пользуются. Они по большей части смелые пираты. Спускаясь в море по рекам, которые текут с их гор, они грабят, кого попало, а особенно купцов, плывущих из Кафы в Константинополь. — С. фон Герберштейн. Записка о русских делах [13] В 1552 году черкасы владеют берегами Каспия и низовьями Волги. Передали Астрахань в 1556 году Ивану Грозному, и часто обижали нагайцев. Ногайский Мурза Белек писал Государю: «Аккобек царь с Черкасы в свойстве учинили, и они ему Юрт его, взяв, дали: и Ямгурчей царевич в свойстве учинился и ему Юрт его, взяв, дали ж»[14]. В 1561 году состоялся брак Ивана Грозного с Марией Темрюковной, «из черкас пятигорских девицей». Тогда же, судя по актам, «сошли на Москву» последние Черкаские князья [13], в дальнейшем игравшие большую роль в русской истории. C 1625 года к титулу царя Михаила Федоровича добавляется фраза: «Повелитель и Государь Иверския земли, Карталинских и Грузинских царей и Кабардинския земли, Черкасских и Горских Князей». Известный российский историк Карамзин считал, что черкасы — одно из названий казаков, от которого произошло название города Черкассы: Торки и Берендеи назывались Черкасами: Козаки — также… приманили к себе многих Россиян, бежавших от угнетения; смешались с ними и под именем Комков составили один народ, который сделался совершенно Русским тем легче, что предки их, с десятого века обитав в области Киевской, уже сами были почти Русскими. Более и более размножаясь числом, питая дух независимости и братства, Козаки образовали воинскую Христианскую Республику в южных странах Днепра, начали строить селения, крепости в сих опустошенных Татарами местах; взялись быть защитниками Литовских владений со стороны Крымцев, Турков и снискали особенное покровительство Сигизмунда I, давшего им многие гражданские вольности вместе с землями выше днепровских порогов, где город Черкасы назван их именем. — Н.М. Карамзин. История государства Российского. Том 5 Живший среди черкасов в XV в. генуэзец Георгий Интериано в своих воспоминаниях «Жизнь зиков, именуемых черкасами» писал, что Зихами зовутся они на греческом и латинском языках, Татары и Турки зовут их Черкасами, и на их собственном наречии имя им Адыги[15]. По словам Интериано, знак принадлежности к со-циальным верхам казачьего общества — «оселедец» — основан на обычае издавна принятом у Черка-сов на Кавказе: «Носят длиннейшие усы. На поясе в кожаной су-мочке, сделанной и вышитой руками жены, постоянно имеют огниво и бритву с оселком. Ею бреют друг другу голову, оставляя на ма-кушке Длинный пучок волос в виде косички»[16]. В заселении южных окраин России в XVI—XVIII столетиях (современные Белгородская, Воронежская, Липецкая, Тамбовская и другие области) принимали участие черкасы[неопределённость] (вероятно запорожские казаки), которые бежали с правобережья Днепра от поляков, начавших притеснения на православную веру.[17] Эти переселения поощрялись Москвой, заинтересованной в укреплении своих южных рубежей. Когда на берегах Черного моря появились победители-турки (конец XV века), преследовавшие христиан, оставшиеся на Кавказе черкасы подверглись частичной исламизации и впоследствии стали зваться черкесами от тюркского «Çerkes».[источник?] В XVII веке путешественник, Жан де Лука, находит, что половина черкесов уже исповедует магометанство; не только религия, но и язык и культура турок глубоко проникли в жизнь черкасов (черкесов), постепенно подпавших и их политическому влиянию[18]. Тем не менее, в архитектуре своих мечетей они сохранили черты православных храмов. [править] Экзоним украинцевСпоры вокруг схожества названий запорожских черкасов и кавказких черкасов, ведутся до сих пор. Так кавказкая версия использовалась некоторыми радикальными историками для обоснования тюрского[19] происхождения казаков или всех украинцев в целом.Но впоследствии проведённый генетический анализ опроверг родство украинцев с тюрками и адыгами.[20]. [править] Интересные факты От слова «черкас» произошла довольно распространённая в России фамилия Черкасов. [править] Населенные пункты от слова «черкас» Витебская область — с. Черкаcсы, Лиозненский район (Белоруссия) Киевская область — с. Черкас, Белоцерковский район (Украина) Курская область — с. Черкассы, Октябрьский район Липецкая область — с. Черкассы, Елецкий район Оренбургская область — с. Черкассы, Саракташский район Орловская область — д. Черкасская, Кромской район Ростовская область — г. Новочеркасск, столица Донского казачества. Самарская область — с. Кинель-Черкассы, Кинель-Черкасский район Смоленская область — д. Большие Черкасы Тверская область — с. Черкассы, Калининский район Тульская область — с. Черкассы, Ефремовский район Харьковская область — с. Черкасская Лозовая (Украина) Харьковская область — с. Черкасские Тишки (Украина) Черкасская область — г. Черкассы (Украина) Республика Башкортостан — посёлок Новые Черкассы, Уфимский район Республика Татарстан — село Старый Черкас, Мамадышский район Метки: Запорожцы и черкасы

Василиса: Усилия активистов казачьего национального движения, направленные на восстановление прав нашего народа, имеют уже многолетнюю историю и неизвестно сколько еще времени нам придется бороться. Там на верху давно сложился консенсус элит по казачьему вопросу. Звучит он примерно так: «Ничего казакам не давать!». Они считают, что признание казаков самостоятельным народом, повлечет за собой негативные политические последствия, а не признания – ничем не грозит. Власти, конечно, ошибаются, их выкладки, по меньшей мере, устарели, а расчеты не верны. Изменив свою нынешнюю позицию по отношению к казакам, на более лояльную, они приобрели бы больше выгод и минимум сопутствующих осложнений, которые стоит брать в расчет. А вот сохранение нынешней политики на самом деле не безобидно. Нет никаких оснований надеяться, что мы откажемся от борьбы за национальное возрождение своего народа. Более того, казачье национальное движение не локализуется в рамках какой либо одной организации. У него нет персонифицированного идейного вдохновителя. Напрасно здесь искать руку западных разведок или иностранного генштаба. Поэтому совершенно бесполезно, борясь с ним «бить по штабам» - ибо их нет. Впустую потратите время в поисках главных зачинщиков смуты, просто ввиду отсутствия таковых… Тем не менее, казачье национальное движение существует и все более приобретает сторонников. Сторонников среди молодежи замечу. А будущее принадлежит молодым. Почему это происходит? Потому, что все еще жив и не собирается умирать народ по имени казаки. И пока он жив, его стремление снова стать хозяином Присуда не преодолимо. Можно, конечно вставлять палки в колеса, как-то пытаться замедлить этот процесс, но остановить его уже нельзя. Своим неумным упорством, российские власти только ожесточают, радикализируют казаков. Дают им понять, что в России и с Россией у них будущего нет. Что ж, очень жаль, конечно, но современное российское государство, по-видимому, все еще не готово пойти казакам навстречу. Берет свое инерция старых подходов и взглядов, которая так быстро не исчезает, как хотелось бы. Не малое значение имеет и обычная чиновничья боязнь что-то менять, до тех пор пока жизнь по старому станет в принципе не возможной. Вот только умная власть все делает вовремя, а не тогда, когда припечет и жареный петух раздолбает причинное место… Итак, в современной России по отношению к казакам проводится политика «держать и не пущать». Как-то повлиять на нее напрямую мы не можем. Однако, во-первых, это не означает, что мы не можем повлиять на нее опосредовано. И, во-вторых, до сего дня казачье национальное движение как то умудрялось жить и без покровительства государства, скажем честно, даже вопреки его воле. Что же мы, казаки можем сделать для своего народа? На самом деле не так уж и мало. Предупреждаю сразу, рецептов, дающих моментальный эффект у меня нет, но те, которые могу предложить в долгосрочном плане, самые результативные. Приведу для наглядности такой пример. Грецкий орех (кроме редких, скороплодных сортов) начинает плодоносить чрез 8 – 12 лет. Ждать долго, многие по этой причине отказываются его заводить. Ну а если его не посадить, пройдет и 20, и 30, и 50 лет, а плодов не будет. Никогда не будет! Тоже самое произойдет, если не вкладываться в долгосрочные проекты, например, пропаганду вольно-казачьей идеи. Если же наоборот, прилагать усилия в этом направлении, то уже через несколько лет мы получим качественно иной рост казачьего движения. У нас, живущих сейчас, есть колоссальное преимущество перед казаками-националистами прошлого. В отличие от них, мы можем вести проповедь освобождения у себя на Присуде, а не в эмиграции. Впрочем, и этого еще недостаточно. К нам на Присуд, в частности на Дон, едут кто угодно, и вовсе не кавказцы являются (как думают некоторые) лидерами миграции. В последние годы много народу в поисках лучшей доли приехало и осело здесь, из различных областей Украины. Едут из Сибири и вообще «Северов». В изобилии представлены здесь все коренные области России, включая ярославскую, вологодскую, калужскую области. Этот русский наплыв, является солидным довеском к тем, кто пришел к нам в 20-х вместе с Красной Армией и теми, кого Москва сюда завозила чуть позже, для колонизации казачьих земель. Вообще мигранту приходиться не сладко, даже если миграция происходит внутри одной страны и отсутствует языковой барьер. Тем не менее, никого уже отсюда так просто на историческую родину не отправишь. Здесь все же легче и отрадней жить, чем в каком либо другом регионе страны. Я говорю это к тому, что разбросанным по всему пространству бывшего СССР казакам, необходимо всеми правдами-неправдами возвращаться на Присуд, а не озабочиваться сохранением Сибири и Дальнего Востока за Россией. Мне известны успешные примеры возвращения казаков на Дон. Но пока, в основном едут все, кроме казаков. Казаки же предпочитают любить свою Родину, находясь на значительном от нее удалении. Между тем, напомню, что современная история Израиля начинается не в 1947 году, когда он был провозглашен, а с тех патриотов-репатриантов, которые с конца 19 века, начали создавать свои поселения в чуждом арабском море. Им приходилось покупать землю отцов у арабов, хотя они знали, что это их земля. Не только стать серьезной политической величиной, но в первую очередь сохраниться как народ, казаки могут лишь на своих исторических землях. Конечно же, здесь никто кроме казаков вам рад не будет, но и что с того?! Это земля ваших предков, значит ваша земля, ваше Отечество и ваше право на нее неоспоримо. Да, пока ею владеют другие, но мы ведь знаем примеры современной истории, когда погибшее государство возрождалось обновленным и полным мощи. Ведь это, по сути, чудо, суметь закрепиться и выстоять во враждебном и пассионарном арабском окружении, победить в трех войнах, 1947, 1967, 1973 годов противника, в разы превосходящего по численности. А возможным это стало в первую очередь потому, что у них нашлись жертвенные патриоты. Они страстно желали возродить национальный очаг и прилагали все силы для претворения своей мечты в жизнь. Разве казаки хуже? Прежде чем казачье государство воплотится в жизнь, обретя реальные границы, оно должно быть создано внутри нас. Каждый казак, в ком еще не скисла кровь, должен желать возрождение своего народа, своего отечества, считать за счастье быть полезным казачьему национальному движению и искать малейшей возможности послужить ему. Господь Бог наделяет каждого человека каким либо даром и казаки тоже не исключение. Кто-то владеет словом, кто-то хороший организатор, кто-то не заменим как исполнитель, кто-то имеет средства, кто-то обладает связями - все вы можете быть полезными своему израненному народу, народу, который вас породил. Да, сейчас он выглядит не эффектно. Его убивали, над ним издевались, терзают и поныне. Но неужели вы откажетесь от борьбы за него, лишь потому, что вы респектабельные и состоявшиеся в жизни, а он задавлен и угнетен? Что ж, я знаю, бывает порой так, что дети, достигшие личного успеха, гнушаются своими родителями, сторонятся их… Но ведь вы не таковы? Большой казачий мир был покалечен Россией царской и разрушен Россией Советской. Нынешняя – добивает его фрагментарные остатки. Но он может быть восстановлен в силе, так как каждый национально мыслящий казак и казачка несут его частичку в себе. Когда я призываю к репатриации казаков на Присуд именно это имею в виду. Необходимо национально мыслящее ядро, вокруг которого пойдет объединение, закипит КАЗАЧЬЯ ЖИЗНЬ. Национально мыслящие казаки необходимы здесь, а не там, где ни они, ни их дети как казаки не имеют будущего. Дело восстановления казачьего мира - это дело отделения СВОИХ от ЧУЖИХ. В былые времена ходила такая поговорка – «ты казак и я казак, а кто не казак тот чужой». Воочию казачий мир возродиться тогда, когда, каждый наш внутри себя воздвигнет стену по отношению к чужакам и их миру. Весь этот мерзопакостный порядок вещей, который мы наблюдаем ныне на Присуде, воцарился здесь в результате нашего поражения в войне 1918-20 годов, последовавшей за этим русификацией и советизацией нашего Отечества. И этот порядок, и этот образ жизни принесен из вне врагами казачьего народа. Он антагонистичен и не примерим по отношению к казачьему порядку и казачьему образу жизни. У него иные «ценности». И даже когда апологеты этого оккупационного порядка в качестве ценностей называют то, что близко и дорого казачьему сердцу - не обманывайтесь, братья и сестры, они вкладывают в эти слова иные, чуждые нам смыслы. Что означает «воздвигнуть стену» по отношению к чужака, иногородним? Это означает – не быть такими как они. Тщетно будете доказывать, что вы не русские, а отдельный народ, если не уступаете им не в чем из их пороков. Если так же как они, хлещете водяру и не мыслите без нее жизнь, так же безалаберны в быту, так же не живете своим умом, так же сторонитесь своей национальной (а не образца 14 года) одежды, безразличны к казачьей народной песни, чем отличаетесь от них? Только тем, что у вас деды были казаками? Менее ста лет назад, над казаками русские смеялись, так как мы «не умели» пить водку в их понимании. Говорили: «соберутся десять казаков погулять, купят бутылку водки, а в конце и казаки пьяны, и бутылка водки цела!».Ну так оставьте эту русскую святыню им…В казачьих, необрусевших семьях, не возможно было сказать отцу или матери «ты». Никаких пролетарских тыкалок! Только уважительное «вы». Так было заведено у казаков, так это бытует в моей семье и семьях моих родственников. Чтобы жить по-казачьи никакой закон или указ не требуется. Вообще здесь государство не помощник. Необходима лишь ваша воля и этого достаточно. Ваша семья может стать воплощенным казачьим миром. Здесь у вас должно быть полное понимание и поддержка. Это ваш тыл. Навязывать не могу, но конечно очень хорошо, когда казак женится на казачке, а казачка выходит за казака. Это оптимальный вариант. Но это еще не все. Вы должны суметь так воспитать своих детей, чтобы они знали, что они казаки и к чему они призваны. Изучайте вместе с ними историю своего народа, прививайте любовь к казачьей песне. Учите почитать наших национальных героев и презирать национал-предателелей и ассимилянтов. Если хотите, что бы из них вырос не бурьян, а люди с большой буквы, дело воспитания своих детей не вверяте ни школе, ни улице, ни «ящику». Посмотрите на такие страны как Япония или Израиль. Там не спешат открыться миру и превратить свой дом в коммуналку. Это все очень агрессивные среды для чужаков. Они сами переварят кого угодно. Далее. Важно (просто необходимо!) налаживать горизонтальные связи, то есть связи с единомышленниками. Просто того, что кто-то заявляет себя казаком слишком мало. Казаки были и есть разные. Нам же для пользы общего дела, следует держаться своих и поддерживать своих всемерно. Кто «свои»? Полагаю яснее ясного, что свои это все казаки и казачки, которые хотят возрождения казачьего государства, стремятся быть полезными делу национального возрождения. Все это наши люди. Пока не научитесь включать в себе опознаватель «свой-чужой», смотреть на вещи сквозь призму казачьих национальных интересов - успехов не ждите. А будет продолжаться то, что мы могли наблюдать воочию все эти годы, когда казачьи организации оседлывали разного рода проходимцы и приспособленцы. Всякая мразь пыталась манипулировать казаками в своих шкурных интересах. Как тля зеленый росток, так и они, облепив своими погаными тушка казачье движение, тянут из него соки. Запомните, пока будете вариться в бульоне, где каждой твари по паре – толку не будет. Чтобы делать дело, нужны единомышленники, их то и нужно искать и с ними нужно объединяться. Конечно же, слова с проповедью идеи казачьего государства – они ко всем казакам. Но по настоящему своими станут, лишь те, кто готов их принять в сердце. Не сомневайтесь, это проповедь освобождения не будет напрасной, хотя бы потому, что выгоды и преимущества восстановления казачьего государства очевидны для каждого национально мыслящего казака и казачки, а таких немало! Они всегда предпочтут восстановление своего казачьего дома, «жизни» в общаге или на съемной квартире. Как относиться к тем, кто, облекшись в казачьи одежды и называясь казаком, работает против казачьих национальных устремлений? Это враги, помогающие убивать наш народ. И относиться к ним надлежит соответственно. Кто забыл, что он казак, ассимилировался в русской или иной инородческой среде – просто чужой для нас. Итак, выходит, что и в современных условиях мы можем многое, но конечно самым щедрым на результат станет пропаганда вольно-казачьей идеи. Вот, что хочу еще сказать. Казаки издавна известны своей нелицемерной верой и верностью Христу. Многие представители нашего народа, были гонимы, терпели скорби и нужду, а некоторые отдали жизнь за веру, не склонившись перед богоборцами. Думаю незазорно и нам, их потомкам, обратиться молитвенно к Господу о сохранении казачьего народа и даровании ему казачьей державы. Я говорю об этом в конце своей статьи. но такое молитвенное обращение к Богу имеет первостепенное значение. Кому дано понять, тот поймет. Дело возрождения нашего народа – доброе дело. И как всякое доброе дело, оно должно делаться с Богом. Призываю все казаков и казачек в своих молитвах просить у Господа милости к нам. Господь не оставит тех, кто верен Ему. Даже если в чем и согрешили пред Ним, «Он не до конца гневается и не вовек негодует». С тех самых пор, как были уничтожены казачьи республики, здесь на Присуде течет иная, чужая жизнь, жизнь по чужим правилам, подчиненная чужим интересам. Она меняется, как меняется все вокруг, одно лишь остается неизменным – это не казачья жизнь. Не казаки здесь устанавливают правила и задают тон. Но пусть вас это не смущает – за вами право и правда. А. Темерев chikamas@yandex.ru http://forum.kazakia.info/viewtopic.php?f=4&t=588

Василиса: А.Темерев В оккупации (Статья) Когда говорят о геноциде по отношению к казакам, обычно вспоминают теперь широко известную директиву от 24 января 1919 года, а так же осуществлявшуюся практику физического истребления казаков, как до принятия этой директивы, так и после ее формальной отмены. Как мы знаем, запущенный маховик террора, продолжал вращаться, унося человеческие жизни, пусть и не так интенсивно. Видя всю пагубность своих прямолинейных заявлений и действий, которые вместо деморализации лишь мобилизовали казаков, придавали их борьбе новое обоснование и смысл (ведь теперь это была борьба за выживание!), новые власти России стали более осмотрительными в высказываниях. Ожесточенное сопротивление на фронтах и масштабные восстания казаков в тылу, заставили их, с одной стороны отказаться от лозунгов типа «сжечь казачество в огне революции», а с другой, свои продолжавшиеся репрессии, мотивировать уже ни как борьбу именно с казаками, как таковыми, а как борьбу с антисоветским элементом вообще, не акцентируя внимание именно на казаках. Но дело как раз в том, что практически весь «антисоветский элемент» на Присуде, были именно казаки и в Москве это отлично понимали… Для нас не имеет принципиального значения, из классовых соображений, или по каким другим причинам убивали наш народ. Идеология практически всегда, служит всего лишь своеобразным прикрытием, гораздо более простых и приземленных вожделений. Для России это было стремление восстановить утраченный контроль над стратегически важным и богатым ресурсами краем. Для иногородних, издавна с завистью и злобой смотревших в сторону казаков, подвернулась возможность отомстить за «нанесенные обиды» и на правах хозяев войти в казачьи курени. Вот собственно и все. Как видите ничего оригинального. И если для очень тонкой прослойки, сидящих в Москве деятелей, действительно, были важны идейные моменты, то интересы иногородних и, пришедшей им на помощь, массы русского наплыва, совершенно точно находились в области желудка. Что, впрочем, нисколько не мешало Москве использовать их в своих целях. Любителям России-матушки следует раз и навсегда запомнить сказанное П.Н. Красновым о том времени: « Вся Россия шла на Дон, вся Россия шла уничтожать казачество». В арсенале средств, применяемых для подавления неугодных народов, кроме чисто «хирургического» метода, есть еще много иных средств, используя которые, можно свести под корень народ, или довести его до безопасного для оккупантов состояния. Например, поработив народ духовно, можно не только обезопасить себя от попыток сбросить иго, но и заставить его служить интересам поработителей как своим собственным. С рвением и жертвенностью. Хотя мне и неизвестно о существовании методически руководств, по которым проводят политику геноцида, но везде и всегда она реализуется примерно одинаково. Сначала уничтожают тех, кто оказывает вооруженное сопротивление, либо, по мнению захватчиков, готов ее оказать. После подавления открытого сопротивления, репрессируют тех, кто потенциально способен сплотить вокруг себя непокорных, то есть людей, обладающих влиянием и авторитетом. Под удар попадают самые широкие слои населения. Это и офицерство, и авторитетные представители духовенства, национально-мыслящая интеллигенция, предприниматели. После такой чистки, воевать с народом уже не придется. Без национальной элиты он не способен освободиться. Далее под защитой оккупационных войск, проводится организованное заселение захваченных территорий и их колонизация этнически чуждым элементом. Начинается «освоение». Переселенцы ставятся в привилегированное по отношению к уцелевшему местному населению положение. Чем больше коренного населения было истреблено в ходе войны, тем легче, по понятным причинам, проходит колонизация. Обычно нет необходимости уничтожать весь народ поголовно. Да и обстоятельства этому порой не способствуют. В нашем случае, после Новороссийской катастрофы, руки врагов казачьего народа, были связаны ошеломительным успехом польской армии и острым кадровым голодом в Красной Армии. На этом этапе достаточно и того, что открытое противодействие подавлено, а лидеры в основном уничтожены. В краткосрочном плане этого достаточно, но чтобы власти оккупантов ничто не угрожало и в будущем – этого мало. Крайне необходимо экономически подорвать завоеванный народ (в нашем случае они говорили: «экономически обескровить казачество»), делается это не только путем экспроприации, но и посредством ограничений или запретов на те или иные виды хозяйственной деятельности. Например, после присоединения Дона к России в 1709 году и сразу после установления Советской власти, вводился запрет на ловлю рыбы в Дону. Правда, в обоих случаях действовал он не долго, но какая параллель! Впрочем, и этих мер не достаточно. Для оккупантов не только жизненно важно ликвидировать национальную элиту, но и обезопасить себя от появления в будущем тех, кто поднимет знамя национально-освободительной борьбы. Завоевателям необходимо социально унизить завоеванный народ и наоборот, всемерно «поднять» своих... Как это проделывали с казаками, хорошо известно. Этой цели служили, действовавшие долгое время ограничения политических прав и ограничения на получение образования, должностей и т.п. Обычно такие ограничения существуют до тех пор, пока власть захватчиков окрепнет и они оценят свое положение, как устойчивое. Опять же, в нашем случае, это произошло во второй половине 30-х когда уверенность Москвы в устойчивости своего положения в казачьих землях с одной стороны и изменение внешнеполитической обстановки с другой, подтолкнули ее к коррекции своей политики в отношении казаков. К этому времени казачество находилось действительно в обескровленном состоянии, и объективно было не в состоянии успешно выступить против своих угнетателей, но в случае вторжения извне, казаки определенно поддержали бы любые антисоветские силы. То, что в Кремле на этот счет не ошибались, прекрасно подтвердили будущие события. Только на Дону численный состав казачьих добровольческих формирований Вермахта значительно превысил численность пресловутого 5 кавалерийского корпуса. И это притом, что в советские части гребли по мобилизации всех кто попадался, а в части Вермахта шли казаки, которые не подлежали мобилизации по возрасту или по состоянию здоровья. Так что, приняв решение, отменить поражение в правах казаков по части службы в армии (до этого казаки в войска не призывались, как не благонадежные), кремлевские начальники поступили дальновидно. И все же, как мы знаем, положение просоветских сил в казачьих краях под немецкой оккупацией было отчаянно тяжелым. Лишь на Ставрополье, где явно преобладало русское население, партизанское движение не было полностью задавлено. Впрочем, вернемся к инструментам геноцида. Когда с завоеванным народом проделали все вышеперечисленное, уже не целесообразно и даже вредно постоянно указывать ему на его униженное положение. Теперь, вполне достаточно усилий госпропаганды, промывание мозгов через СМИ, воздействие на молодежь через школу, чтобы оторвать ее от родной культурной среды и наоборот, всемерно приобщить к культуре и традиции захватчиков. Проще говоря, делается все, чтобы погасить национальный дух народа, ассимилировать и растворить его. Если имеется возможность (а в нашем случае, формальное единство веры такую возможность давало), оккупанты используют влияние церкви. В нашем случае это облегчается еще и тем, что среди священства очень мало казаков, а те которые есть, сильно ассимилированы, проще говоря, обрусели и никакой опасности как национальные духовные лидеры не представляют. Для оккупантов очень важно, чтобы духовные пастыри не были кровь от крови и плоть от плоти своего народа. Если такое условие соблюдается, то это гарантирует, что национально-освободительное движение как минимум не получит поддержки церкви, и даже наверняка, будет ее осуждено. Из того инструментария геноцида, что я перечислил выше, практически все было применено к нашему народу в разное время. Казачий Присуд все еще оккупирован, и наш народ, по прежнему, испытывает на себе геноцид. Если это кто-то не замечает, то лишь по тому, что со временем боль притупилась, ведь это продолжается поколениями. Мы все родились и живем в государстве репрессивном по отношению к казакам. Все то, что не связано с неприкрытыми убийствами, подрывом экономической базы народа, следует называть КУЛЬТУРНЫМ ГЕНОЦИДОМ. Именно он и практикуется сейчас. Примечателен один факт. 5 июля сего года, видный деятель греческой общины Дона и крупный предприниматель Иван Игнатьевич Саввиди заложил в городе Ростове-на-Дону фундамент греческого собора. Тем, кто не знает, скажу, наши местные греки давно и успешно в обиходе пользуются русским языком, не выделяются в быту никакими национальными особенностями. К тому ж они все поголовно православные и, стало быть, нет никаких препятствий справлять свои духовные потребности (языковой барьер, как я уже заметил, отсутствует напрочь) в РПЦ. Препятствий нет, а необходимость выйти из церковной ограды Русской Православной Церкви - есть! Наличие собственной национальной церкви, является еще одной скрепой общины, прочным духовным барьером на пути полной ассимиляции и русификации. Мы живем в государстве, которое провозглашает себя свободным и демократическим (насколько это так, сейчас углубляться не будем), власти которого заинтересованы в поддержании такого образа, по крайней мере, в глазах мирового сообщества. Что это значит? Это значит то, что они в принципе, крайне ограничены в средствах подавления казачьего национального движения. Действовать методами 20-х гг. они не могут. Понятно почему. Заткнуть рот казачьим информационным ресурсам – проблематично. В открытую, с помощью СМИ начать вести контрпропаганду, просто страшно, так как она заставит задуматься неопределившихся, а национально-мыслящих казаков лишь мобилизует. Невозможно вести «антиказакийскую» пропаганду, не объяснив при этом суть «казакийства». Ну а начни объяснять, для многих казаков и казачек, станет очевидной вся выгода и перспективность самостоятельного национального развития. Многие захотят вернуть отнятую независимость и включатся в борьбу за восстановление казачьего государства.… Еще не так давно враги нашего народа свои надежды на благоприятное для них решение казачьего вопроса связывали исключительно с уходом в небытие старшего поколения. Как откровенно заявил моему знакомому один достаточно высокопоставленный «силовик»: «Вы сами сдохнете. Еще лет 10-15 и для нас такой проблемы не будет». Этот разговор, состоялся лет 5 назад, и как выяснилось теперь, казачий вопрос сам собой не решается. Более того, за последние годы отмечен существенный рост националистических настроений среди казаков и не контролируемость этого процесса беспокоит российские власти. Именно в связи с этим, а не по какой другой причине, был создан совет по делам казачества при президенте РФ. Именно в этом контексте следует рассматривать недавний визит в наши края патриарха Кирилла. Состоявшийся раннее вояж на Украину, тоже имел исключительно политический смысл, но в отличие от него, посещение патриархом Присуда, почти не освещалось в СМИ и это не спроста. Для того, что бы дать твердые указания на наш счет священству на местах не нужна широкая огласка, а для того чтобы сказать казачьему народу, что он всякая беглая дрянь, она и не к чему. Речь Кирилла слушали порядка 20 тыс. собравшихся в Новочеркасске казаков, и этого достаточно, чтобы друг через друга, ключевые положения его речи стали известны всем активным казакам. Но, а тех, кто еще не активен - зачем беспокоить и заставлять задуматься, мало ли чего надумают.…Давно уже наши враги взяли на вооружение практику замалчивания казачьего вопроса. С особой остротой он был поставлен в начале 90-х у нас в Ростовской области и теперь вы практически не услышите по местному радио казачьих песен, не увидите по ТВ программ, посвященных казачьей тематике. Создается искусственный вакуум, чтобы лишний раз казаки и казачки Дона не задумывались кто они такие и как так случилось, что, будучи законными хозяевами Присуда, они ничем не обладают, а их голос ничего не значит. Если я хочу услышать казачьи песни по радио, то настраиваюсь на радиостанцию «Голос Кавказа», работающую на длинных волнах. На этой же волне, но в другое время, работает радиостанция «Чечня свободная» – и даже там можно что-то услышать! Полагаю, что Россия скорректирует свою политику по отношению к казакам, так как в прежнем виде она себя не оправдала. В Москве хорошо знают, что многие сторонники возрождения казачьего государства, связывают свои надежды с ослаблением и распадом РФ, если такое радикальное ослабление произойдет, в интересах властей хоть как-то затормозить развитие казачьего национального движения. Их интерес в том, чтобы к судьбоносному моменту оно подошло неподготовленным. От себя скажу, что Россия здесь очень рискует. Ее шагреневая кожа сокращается и без нашей помощи. Вполне хватает откровенно глупой экономической политики. Кризис конечно кризисом, но он везде разный и мы можем наблюдать, что такая страна как Китай, например, показывает 8% экономического роста, проводит эффективную политику усиления китайского политического и экономического влияния далеко за пределами Азиатско-Тихоокеанского региона, например в Южной Америке, на Африканском континенте. Другие государства, так же, в основном проводят вменяемую политику и, в отличие от России, выйдут из кризиса обновленными. Российским властям, озабоченным снижением уровня лояльности к ним казаков, могу дать бесплатный совет, (причем без подвоха!) - в ближайшее время вам следует пойти на встречу требованиям казачьих национальных организаций и признать существование такого народа – казаки. Ну, и естественно, внести его в перечень народов РФ. Никаких издержек при этом вы не понесете, а отношение казаков к российскому государству наверняка улучшите. Не надо бояться появления вследствие этого решения, каких либо негативных последствий, их не будет, так как ситуация давно созрела, и неумное упорство России в этом вопросе, ведет лишь к известным результатам - ожесточению казаков, радикализации их требований. Только ваше упорство в этом вопросе и может породить самые серьезные негативные последствия. Мы ведь все равно добьемся своего. И очень может быть, что все то, что может, но не хочет дать казакам Россия, мы получим из других рук. А.Темерев chikamas@yandex.ru Вода камень точит. Ресурсы: http://forum.prisud.org/index.php мой адрес вконтакте: http://vkontakte.ru/id33595418 Блог или сообщество: http://community.livejournal.com/prisud/

Пришелец: Надо бы дать денег фашистам,немцовым,явлинским(от мериканцев),тогда они лучше всех помогут всем народам России освободиться друг от другаВМы, человечество, невообразимо малы в границах Вселенной. Но именно вам, жителям планеты Земля, дан прекрасный Дом, плывущий среди сверкающих россыпей звёзд. И все вы, живущие в нём, в Ответе за него.



полная версия страницы