Форум » НООСФЕРИЗМ-АНТРОПОКОСМИЗМ-СОБОРНЫЙ РАЗУМ-АРИСТОН » ГУГЛ-МЫШЛЕНИЕ » Ответить

ГУГЛ-МЫШЛЕНИЕ

Власта: Назип Хамитов ГУГЛ-МЫШЛЕНИЕ: опасность для вида «Хомо сапиенс»? 1 В последнее время мы сталкиваемся с показательным явлением, которое чаще и глубже всего проявляется в образовательной и научной деятельности. Это гугл-мышление. Сущность его состоит в поиске информаци в памяти по ключевым словам. Когда такой поиск осуществляется в Интернете и делает его соответствующее программное обеспечение, в этом нет ничего плохого. Но когда поисковой системой выступает человек, возникает проблема. И даже угроза. Суть этой проблемы и этой угрозы – в утрате творческого мышления. Человек с планшетом-на-все-случаи-жизни становится придатком Интернета, хотя полагает, что именно Интернет есть его придатком. Интернет превращается в бога-Отца, человек – в его преданного Сына, Гугл же – в святого Духа, соединяющего их. Возникает новая религия Информации. Ее адепты ни при каких обстоятельствах не назовут ее религией, а себя – верующими. Они будут отрицать само присутствие веры в своей жизни, говоря о знании и по-знании. Однако в их жизни есть вера и доверие к Информации, скрывающейся и множащейся в Интернете. Лишенные творчества, эти вера и доверие становятся суеверием, которое превращает познание в информирование, а знание – в информацию. 2 В чем принципиальное отличие знания и информации? Информация – это отпечаток бытия в мышлении. Знание есть экзистенциально пережитая информация, пропущенная через духовные и душевные глубины личности. Знание – это живое присутствие бытия в мышлении. Становясь знанием, информация неизбежно пробуждает в личности творческий импульс, который меняет бытие. Без такого импульса познание является лишь информированием – наивными наскальными рисунками бытия на поверхности мышления. * * * Информирование – это передача информации, так и не распакованной до уровня знания. Это порождает удивительное равнодушие, а порой жестокость человека, пропитанного поглощением и передачей информации. Когда я информирую кого-то о чем-то я в большинстве случаев душевно отстранен и от кого-то, и от чего-то. Когда же я познаю кого-то или что-то, я во-первых, совершаю духовное усилие, а, во-вторых, принимаю на себя ответственность за познанное, ибо сродняюсь с ним. Познают всегда что-то или кого-то, информируют о ком-то или о чем-то. Это «о» говорит о внешнем характере информирования по отношению к личности. Такой же внешний характер по отношению к личности имеет информирование кого-то, когда человек объективируется и становится конечным звеном в передаче информации. Во все эпохи информирование требовало Другого, которому можно было передать нечто для увеличения своей выгоды, значимости или власти. Любопытно, что гугл-мыслящий чаще всего информирует не кого-то, а самого себя. Он занимается само-информированием. Само-информирование – это стремление познавать без принятия на себя ответственности. Такое само-информирование с незапамятных времен известно в виде зубрежки. Но если ранее этот процесс чаще всего приносил страдание, то теперь от него начинают получать наслаждение. Он перестает ассоциироваться с зависимостью и воспринимается как свобода. 3 Еще ничего, если гугл-мыслящий человек знает свое место – воспринимает себя как переносчика информации. Но когда гугл-мыслящий подает себя как источник знаний, возникает опасность деформации культуры, когда информация в маске знания, сковывает и знание, и познание, и творчество. Это означает ни много, ни мало – крах культуры, а затем и угасание цивилизации. 4 При этом не стоит отрицать, что информация и информирование – весьма важные аспекты присутствия человека в мире. Речь не идет о том, чтобы знание полностью заменило информацию, а познание – информирование. Если бы человек стремился впустить в себя знание обо всем в бытии, он бы стал жертвой экзистенциального взрыва. Человеку, во всяком случае современному, невозможно принять в себя все многообразие бытия на уровне знания, нужно кое-что впускать и на уровне информации, с необходимостью заменяя познание информированием. Однако есть сферы человеческого бытия, в том числе – сфера культуры, непередаваемые на уровне информации, а потому – недоступные информированию. Информирование – процесс необходимый и полезный в технической, экономической и правовой областях – в сфере цивилизации, становится разрушительным в религии, философии, науке, искусстве – областях, составляющий острие культуры. Более того, технические, экономические и правовые области в своем предельном бытии – в точках развития – нуждаются в переходе от информирования к познанию, от информации – к знанию. Проблема гугл-мыслящего человека в том, что он в принципе не отличает знания от информации. И не может увидеть роковую черту, за которой информация и информирование не только не умножают познание и знание, но и разрушают их. И вместе с тем разрушают культуру и самого человека. 5 Если одной разновидностью гугл-мыслящего есть человек с постоянно включенным смартфоном или планшетом, человек, не желающий загружать память, некий «Хомо планшетус», то существует и иной тип – вбирающий информацию в свою индивидуальную человеческую память и лишь время от времени припадающий к поиску в Интернете. На первый взгляд кажется, что этот второй тип, свободный от ежеминутной работы по поиску информации в Интернете, более плодотворен. Однако это только иллюзия. Если человек накапливает в памяти массивы информации, которая не переживается экзистенциально и не просветляется творчеством, и воспринимает усилие по удержанию информации в пределах психики как свое высшее личное достижение, он наполняется гордыней, делающей его невыносимым в общении с окружающими. А этими окружающими могут оказаться как ближние, так и дальние – родители или дети, студенты или преподаватели, коллеги или партнеры… 6 Откуда пришел гугл-мыслящий – мыслящий исключительно поиском в готовом массиве информации? Был ли он порожден появлением Интернета и поисковых систем в нем? Или он был всегда, и в начале ХХІ века лишь обретает незначительную специфику и новое имя? Вопросы непростые. Очевидно предположить, что мышление путем поиска информации, заключенной в личной памяти, было всегда. Это мышление-обращение-к-опыту и мышление-обращение-к-традиции. Это мышление замкнутое на прошлое. Это мышление сводящее к прошлому настоящее, будущее и даже вечное. Во все времена были фарисеи, схоласты и, соответственно, инквизиторы. Однако гугл-мыслящиий на основе личной памяти в ХХI веке примечателен тем, что глубина экзистенциального принятия традиции, служения традиции у него намного меньше. Он легко готов изменить традиции, когда это способствует его успеху. Это избавляет его от фанатизма прежних времен, но может порождать новый фанатизм служителя религии Информации, тем более ревностный, что он позволяет ему преуспевать среди служителей иных религий. 7 Все сказанное, конечно, не означает, что мы должны отказаться от Интернета и поисковых систем в Интернете. Но мы должны осознать ту грань, за которой постоянное использование поисковой машины делает человека поисковой машиной. Мы должны осмыслить черту, за которой человек, растворенный в поиске информации, утрачивает способность порождать информацию и знания, а потому теряет возможность обладать концептуализирующим и философским интеллектом, превращаясь в голос, озвучивающий результаты информационного поиска. 8 Гугл-мыслящий – это тот, кого уже сейчас можно назвать постчеловеком. В его бытии уже сегодня сбываются мечты и грезы трансгуманизма и постантропологии. Конечно, его телесность не изменена биотехнологиями и генной инженерией, но он уже сейчас радикально отличается от прежнего человека. Трансформированный информационными технологиями, гугл-мыслящий умеет упрощать знания до информации и использовать их так, что эти псевдознания с наименьшими душевными потерями позволяют ему получать безопасность или власть. 9 Однако гугл-мыслящий не обязательно стремится к безопасности и власти, пользуясь информацией как средством. Бывает, что его интересует сама информацация, информация ради информации. Это настоящая информационная наркомания. Ее субъект – наркоман информации – наслаждается ее потреблением, неважно извлекает он из своей памяти или из недр Интернета. Наслаждение информацией, пропускание ее через свое восприятие и сознание, тем острее, чем больше гугл-мыслящий освобождается от ответственности за поступки и отношения, лежащие за пределами информирования. 10 Еще одной любопытной чертой гугл-мыслящего есть отстранение от реальности пола, гермафродитность, унисекс, ничего общего не имеющие с андрогинностью, столь ярко описанную Платоном и углубленно пережитую Бердяевым. Эта гермафродитность далеко не всегда отрицает сексуальность, только сексуальность эта становится болезненно виртуальной, а также болезненно сублимативной. Гугл-мыслящий венчается с информацией, а информирование все больше заменяет ему сексуальность. Поиск в информационном океане Интернета, завершающийся находкой, превращается в сексуальный акт с его оргастической кульминацией. При этом неважно совершается этот поиск в пространстве порносайтов, сайтов недвижимости, компьютеров, смартфонов или бытовой техники. Здесь мы имеем классический пример ситуации, когда мышление определяет бытие. 11 Итак имеем явление, которое могли бы с полной серьезностью назвать «Хомо гугл-сапиенс». Эта метафора вызывается самой жизнью, ибо в таких индивидах происходят достаточно глубинные изменения человеческой природы. И эти изменения происходят не только в мышлении, но и в бытии, в поступках и в отношениях. Пока таких людей среди нас сравнительно мало – в сознании и бессознательном еще звучит эхо доинтернетной культуры и цивилизации, в которой творчество было высшей ценностью, еще полны сил те, кто видит в творчестве и сотворческом диалоге смысл существования. Но гугл-мыслящих становится все больше. Чем закончится встреча «Хомо сапиенс» и «Хомо гугл-сапиенс»?

Ответов - 19

Власта: Nazip Khamitov Друзья, спасибо за отклики! Есть еще один важный вопрос: КОМУ МОЖЕТ БЫТЬ ВЫГОДНО ГУГЛ-МЫШЛЕНИЕ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ? И еще один: ЕСТЬ ЛИ СУБЪЕКТЫ, КОТОРЫЕ СОЗНАТЕЛЬНО РЕЖИССИРУЮТ ЕГО? Oleg Gutsulyak Этот гугло-мыслящий пост- человек есть отчужденный, усредненный, покинутый, неприкаянный, деморализованный человек тяжелого травматического опыта, погруженный в состояние глубокой депрессиии и находящийся в полной, абсолютной власти сверхчеловеческих, демонических сил, заместивших «мёртвого» Бога (Абсолют). «Абсолютный человек» Постмодерна вынуждено втиснут в бытие рядом с другими людьми, как правило, неприятными ему, вброшен в «социобиомассу» из угнетеннх своим духовным нездоровьем существ, подавленных мизантропией, охваченных страхом и злобой. Поэтому, спасаясь от диктата «Здесь-Бытия», человек, не вынося своего «абсолютного одиночества», стремится либо укрыться собственно в "гугле-мышлении", либо найти (иногда удачно, иногда нет) тех, кто «здоров/девиантен также, как и я». Oleg Gutsulyak ==воспринимает усилие по удержанию информации в пределах психики как свое высшее личное достижение, он наполняется гордыней, делающей его невыносимым в общении с окружающими. == ГОМО ТРОЛЛИКУС, ведь тролль - это тот, кто самоудовлетворен собой. Nazip Khamitov Олег, согласен , что гугл-мыслящий легко становится троллем, разрушающим и свою жизнь, и жизнь Ближнего, превращается в "ГОМО ТРОЛЛИКУС"... Причем не только в виртуальном, но и в реальном пространстве. Но как предотвратить это? Что могут сделать, например преподаватели философии?... Oleg Gutsulyak Думаю, ничего не смогут. Единственная панацея - реальное столкновение со всем ужасом Здесь-Бытия - ситуации «у черты» (войны, смерти, трагедии, катастрофы), перед лицом самого настоящего Ужаса – того изначального, первобытного чувства, которое тоталитарно и абсолютно давлеет над всем человеческим. Viktor Boychuk 1.Что делать с тролем? - троль не столько "удовлетворён собой" (О.Г.), как страдает комплексом неполноценности - решение не в устранении последствия, а в устранении причины...Эта причина решается методами психокоррекции...В интернете принято их ИГНОРИРОВАТЬ, они тогда ищут другую жертву 2. На вопрос Назипа, заданный ране возможных форм взаимодейсвия думающих людей "Как будем действовать? Только написанием и обсуждением текстов?" - Формы генезиса думающих людей могут быть. Надо определиться вдоль каких векторов и с какой целью. Главные направления векторов: 1) манифестация результатов думания (есть формы манефестаций) ; 2) реализация результатов думания (адаптация, внедрение…). Основным субъектом моей философии есть Я САМ. Предметом делания моей философи есть мое мышление. Но мы живем в обществе и соблазн трансполяции закономерностей мышления индивидам общества всегда был и есть. Помним чем это закончилось в Сократа, Платона и философов Позднего Рима. Это очень оппозиционно, но интересно. Думающих людей никто не любит, обычному человеку нужна простота, миф и радужный монизм потребления. В Украине, воплотившей в себе все мерзости византийского типа государства, абстрактность идеалов и форм общения, имитационных структур и отношений, агрессивность к инакомыслию - новое мышление и культ думания на первичной стадии будет иметь противодействие. Монтирование нового думания «думающих людей» в механизм государства (если такой вектор) возможен через нормы которые регулируют общественные отношения. Идея - мышление – результат – проект нормы – процедура придания норме законной силы – регуляция – контроль…Другого действенного пути на этом этапе не существует…Я практикующий специалист в области познаний нормативного регулирования и государственного строительства, могу многое написать, но это пока рано…надо определиться с главным вектором…и тут важно выражение интенции каждого думающего человека.

Олег Гуцуляк: Теперь блокировка сайтов провайдерами в Соединённых Штатах официально считается незаконной. Решение принято 14 июня Федеральным апелляционным судом в Вашингтоне, округ Колумбия. Оно воспринято, как политическая победа администрации Обамы, внедрившей в конце 2010 года и с тех пор поддерживающей концепцию «открытого интернета». Одновременно это удар по кабельным и телефонным компаниям, пытавшимся по сути регулировать потоки информации в интернете для извлечения максимальных прибылей. Своим решением Федеральный суд США поддержал концепцию так называемой сетевой нейтральности, официально именуемую принципом «открытого интернета». Она, в частности, запрещает провайдерам, обеспечивающим физический доступ к сети, блокировать сайты или применять дискриминационные меры против любого интернет-трафика. Споры на эту тему, в том числе в судах, идут в США уже много лет. В рамках разбирательств, в частности, год назад американские власти решили переквалифицировать интернет и признать его не «информационным», а «телекоммуникационным» ресурсом наподобие коммунальных услуг. Правильность этой классификации и подтвердил своим сегодняшним решением апелляционный суд в Вашингтоне. Заметьте, при этом власти Соединённых Штатов не прикрываются никакими мерами по борьбе с экстремизмом даже на фоне недавних трагических событий в Орландо и декабрьского теракта в Сан-Бернардино. Свобода и законность по-прежнему в цивилизованном мире считаются одними из главных принципов и гарантий безопасности общества. Решение суда подтвердило мнение Правительства о том, что широкополосный доступ в интернет является столь же важным инструментом для граждан, как, например, телефон и он должен быть доступен для всех жителей страны, а не быть роскошью. При этом интернет-каналы не нуждаются в непосредственном государственном надзоре. "После десятилетних дискуссий и судебных баталий, сегодняшнее решение подтверждает способность Федеральной комиссии связи обеспечивать соблюдение самой сильной интернет-защиты, как для фиксированных, так и для мобильных сетей. Это сохраняет возможность интернета оставаться открытым и сейчас и в будущем>». Том Уилер, председатель Федеральной комиссии связи США" Такие крупнейшие интернет-кампании, как Netflix и Alphabet/Google, которые стоят на принципах сетевого нейтралитета, поддержали данное ключевое решение суда. https://rublacklist.net/17823/

Олег Гуцуляк: Рабство сознания Чем беднее внутренний мир человека, тем легче внедрить в него контролируемые образы. Поэтому манипуляторы заинтересованы, чтобы внутренний мир управляемых потребителей был как можно более серым и примитивным. Для полного контроля сознания необходимо уничтожить способность человека мыслить самостоятельно. Эффективным методом подавления способности мыслить является постоянное забивание сознания человека яркими и сильно действующими образами – насилием, сексом, яркими картинками, громкими звуками, мельканием меняющихся изображений. Используется также метод создания огромного потока информационного шума, в котором человек теряет ориентацию и хватается за чаще всего повторяемые образы. Избыток информации, в основном имеющей очень незначительную ценность, перегружает сознание и подсознание человека огромным набором случайных, слабо связанных, часто противоречащих друг другу фактов, мифов, представлений, образов, создает иллюзию понимания и парализует способность к самостоятельному мышлению. Человек, не задумываясь над вопросом, находит в куче информационного хлама, которым набито его сознание, готовый шаблонный ответ, чужую мысль, которую он считает своей. Это создает такую стену «кажущегося понимания», которую никакой логикой не пробить. В таком разгуле диких потребительских страстей не могут существовать литература и искусство, несущие высокие ценности. В оглушающем реве и грохоте всевозможной «металлической музыки», истерических воплях «певцов» заглохли, умерли благородные звуки классической музыки. Насилие, жестокость и секс, оккупирующие телеэкраны, убили искусство театра и кино. Американское кино давно перестало быть искусством. Теперь это просто «кинотехника» и компьютерные эффекты. Общество опустилось на уровень грубых зрелищ Древнего Рима. Такому обществу уже неинтересны духовные и социальные ценности. Массы потребителей не интересуются больше ни политикой, ни экономикой, ни культурой, они жадно ищут новых развлечений и удовольствий. Хозяева капитала могут больше не бояться распространения на Западе социалистических идей. Большая часть населения превратилась в стадо похотливых животных. Сходные процессы, хотя и в несколько смягченной остатками христианства форме, идут и в Западной Европе. Призывы средств массовой информации «брать от жизни все» жестко ориентируют на материальные блага, на удовольствия низшей животной природы. Если главное в жизни – удовольствия и деньги, на которые эти удовольствия покупаются, тогда вера в высокое предназначение человека на Земле - устарелый пережиток. В 60-х – 70-х годах западная молодежь среднего и зажиточного класса под лозунгами «живем один раз, делай, что хочешь», ринулась в вихрь «удовольствий». Секс дополнялся массовым распространением всевозможных наркотиков. Использование марихуаны стало настолько обыденным делом, что ее перестали рассматривать как наркотик. Когда секс, алкоголь и наркотики начали приедаться, потребители захотели новых ощущений. И телевидение вбросило им новые «удовольствия» от созерцания грубого физического насилия. Созданные Шваценеггером, Сталлоне и другими «мастерами телеэкрана» «киногерои» сделали культ насилия новой модой. Потоки крови, град пуль и кулачных ударов стали любимым зрелищем «цивилизованных» потребителей. Такое пристрастие к виду кровавого насилия уже было в Древнем Риме эпохи упадка… Постоянное насилие над сознанием приводит к резкому сужению внутреннего мира как отдельного человека, так и всего общества, которое ограничивается набором товаров и телеканалами, бесконечно рекламирующими те же товары. Потребительское общество несет в себе «встроенный механизм деградации», Создававшиеся веками культурные и духовные ценности просто выкашиваются, заменяются на управляемые образы товаров и стереотипы поведения. В сознании остаются только товары и заложенные природой инстинкты. Полный контроль системы образов и удержание в нем человека создает рабство сознания. В потребительском обществе насилие над сознанием совершается постоянно, корпорации дьявольскими методами ведут войну за подчинение сознания каждого человека, но при этом стараются казаться «ангелами». Эта война ведет к деградации сознания как отдельных людей, так и общества в целом. Современное телевидение ускоряет процесс деградации. Все каналы телевидения стремятся поднять свой рейтинг (рейтинги западные агентства рисуют исключительно за показ негатива и пошлости), то есть увеличить число людей, которые смотрят передачи этого канала. Другим встроенным механизмом деградации является ориентация на удовольствия. При этом все потребности быстро начинают сводиться к удовлетворению биологических инстинктов – еде, сексу, зрелищам. Так было в Древнем Риме, так обстоит дело сейчас. Но именно в таком населении больше всего заинтересованы владельцы корпораций, для которых важна только прибыль. Поскольку получение прибыли несовместимо с нравственностью, значительная часть «элиты» состоит из самых «внеморальных» (термин Сороса) людей. Что такое сострадание, совесть, справедливость, им не понять. Такие понятия им недоступны, поскольку столетиями культивировались противоположные чувства. Это уже не люди, а роботы, запрограммированные только на получение прибыли, на получение денег, чтобы делать деньги. Все эти процессы деградации подавались и подаются в ярких «упаковках» «постиндустриального общества», «информационного общества» и так далее. Способность мыслить развивают воспитание и образование детей. Был в истории Запада короткий период, когда «хозяева мира», перепуганные советскими спутниками, кинулись развивать образование в своих странах. Но этот период был очень коротким. Для эффективного контроля сознания настоящее образование должно уничтожаться. Более способных детей загоняют в глубокую, но узкую специализацию и делают исключительными специалистами в своей области. Под мощным воздействием телевидения и рекламы мыслящее сознание трансформировалось в потребляющее. Развитие ума затормаживается. Разрушение семьи Психологическая атака ведется и на те связи и положительно окрашенные образы, которые заложены на уровне инстинктов и, поэтому труднее всего поддаются манипуляции. В качестве примера можно привести привязанность к семье, желание иметь детей, тягу к общению, сострадание. Чтобы подавить их, используют сильное непрекращающееся воздействие, чтобы вытеснить их - желанием иметь товары и деньги, сознание человека подвергают насилию постоянно. Забивание сознания людей образами товаров, мыслями о товарах, вытесняет образы людей, в том числе членов семьи. А люди из разрушенных и проблемных семей легко привязываются к товарам, деньгам и брэндам. Естественное желание женщин иметь детей корпорации стремились заменить на желание иметь контролируемые ими товары и развлечения. «Независимых» и «самостоятельных» женщин пытаются превратить в безудержных потребителей, которые должны конкурировать с мужчинами в борьбе за рабочие места. В это же время появились и были широко разрекламированы противозачаточные таблетки, временно делающие женщину бесплодной. Разнузданная пропаганда секса по телевидению и отсутствие страха забеременеть вызвали взрыв разврата и падение рождаемости. Все это, конечно, разрушало семью, потому что ценности семьи подменили желанием получить максимальное удовольствие от секса. Люди отказываются заводить детей, отказываются продолжать жизнь. Население «цивилизованных» стран вымирает среди материального изобилия. В «процветающих» городах и странах миллионы людей белой расы не имели, не имеют, не хотят и не будут иметь детей. У многих утрачено желание иметь детей. Утрачивается воля к продолжению рода. В расцвете технологического могущества потребительской цивилизации заложены семена ее гибели. Виртуальный мир Анализ образов, через которые реклама вводит товары в сознание людей, хорошо показывает, что же действительно ценно для человека – это люди, дети, природа, растения, животные. Но потребителя отрывают от этих естественных потребностей. Замена естественных живых образов на контролируемые брэнды создает полностью управляемый виртуальный мир. Один и тот же брэнд потребитель видит на всех основных телевизионных каналах, в Интернете, на рекламных щитах, в журналах и газетах. Телевидение стремится максимально замкнуть сознание в виртуальном мире, отсечь его от внешней реальности. Объем материалов о спорте, развлечениях, музыке, кино заметно превышает число материалов о реальной жизни людей. Большую помощь в этом оказывают контролируемые «знаменитости». Изобретение компьютерных игр дало возможность потребителю «войти» в виртуальный мир, слиться с одним из заранее приготовленных персонажей. Подростки проводят за компьютерными играми больше времени, чем их родители у телевизора. Общение с компьютером сводится к нажатию около десятка кнопок. Но в компьютерной игре стирается грань между тем, что происходит в виртуальном мире, и тем, что происходит в реальности. Сюжеты большинства игр построены на убийствах или другого вида насилии. Современный наёмник, наигравшийся в компьютерные игры, уже не различает, нажал ли он кнопку наведения бомбы в игре-симуляторе, или в настоящем самолёте. В настоящих приборах, как и в игре, он не видит своих реальных жертв. Особенностью всех виртуальных миров является их бесконечная повторяемость, пустое хождение сознания по кругу. Это и бесконечные спортивные соревнования, футбол и хоккей, годами идущие сериалы, нескончаемые шоу, компьютерные игры, в которых играющий нажимает одни и те же кнопки, стараясь сделать это чуть быстрее, чем в прошлый раз. Для управления сознанием это очень удобно. В виртуальном мире тем, кто контролирует сознание, принадлежит все. Они могут изменять все, что хотят, и как хотят. Появление и развитие Интернета, где сайты создаются миллионами людей, несколько снижает воздействие полностью подконтрольного "элите" телевидения, дает возможность более полно и правдиво отражать мир. Но и здесь что-то полезное найдёт только тот, кто ищет и стремиться заниматься самообразованием, а не развлекаться. http://www.aum.news/psikhologiya/1188-rabstvo-soznaniya


Олег Гуцуляк: "Что отличает «клиповое мышление»? Человек не способен долго концентрироваться на информации, у человека заметно снижается способность к анализу, человек становится податлив к манипуляциям и влиянию, у человека ослаблено чувство сопереживания, человек нацелен на получение мгновенных ответов и впадает в жесточайшую фрустрацию, если ответ сразу не получен. Ок. Зато оно защищает мозг от информационной перегрузки и ускоряет реакцию. Тоже ок. Но что это за набор утерянных черт? А это как раз и есть то, что отличает человека. Способность к анализу и способность к сопереживанию.Оглянемся же на плоды это «мышления». Заметили, что анекдота больше нет? Пропал этот формат шутки. Сейчас шутка выглядит как картинка с подписью. Потому что анекдот (то, что раньше казалось плебейским, казенным юмором, разрушителем общения, и всякие литературные снобы им брезговали) — это полноценная история с началом, кульминацией и финалом. А современный человек не в состоянии рассказывать истории" (Юлия Меламед)

Олег Гуцуляк: Культура полностью становится товаром, распространяемым в виде информации, не проникая в тех, кто усваивает её. Мышление становится астматичным и ограничивается постижением изолированных фактов. Мыслительные контексты отвергаются в качестве неудобной и ненужной нагрузки. Момент развития в мысли, всё генетическое и интенсивное в ней, предается забвению и нивелируется до уровня непосредственно присутствующего, экстенсивного. Сегодняшний порядок жизни не предоставляет «Я» никакого простора для последовательного духовного роста. Редуцированная к знанию мысль нейтрализуется и используется попросту в качестве квалификации на специфических рынках труда, равно как и для повышения товарной стоимости личности. В конечном итоге, в условиях позднего капитализма полуобразованность становится объективным духом. «Диалектика Просвещения»

Яванна Алексиевич: Интересная лекция Дмитрия Соловьева, прочитанная им ещё в 2012 году, как интернет изменил наше восприятие информации: Кроме «расстройства структуры времени», у современных пользователей еще возникает «расстройство структуры информации». Сейчас люди начали потреблять большое количество небольших квантов информации, и меньшее количество больших текстов. Иногда у них появляется желание пропустить большой абзац. Информацию в интернете пользователи получают маленькими порциями. В сети идут миллионы обрывков текста и картинок. Все меньше становится больших структурированных историй. В связи с этим, сознание вынуждено связывать непоследовательные кванты информации в одну историю. Тем самым доделывать дополнительную работу на монтаж, когда могло бы потратить ее на извлечение смысла. Мозг вынужден совершать дополнительную работу связи обрывков в единую ткань. В сети существует возможность потери навыка мыслить последовательно, структурно. В интернете отсутствует хронологическая последовательность. Потому что, если вы знаете много вещей, но не проделываете мыслительную работу для того, чтобы их друг с другом связать, они остаются разрозненным набором фактов. http://www.cossa.ru/234/13669/

Властимир: Сложные общественно-политические тексты понимают лишь 13-14% россиян – цифра стабильна последние 40 лет, не зависит от пола, возраста, места жительства, уровня образования. Немного повышается в столице и при высоком уровне жизни. Художественные тексты понимают 20-25% россиян. Беседа об этом социолога Неклессы была на радио Финам ФМ была в 2011-м, передача выпилена, но часть диалога скопировали: НЕКЛЕССА: 13-14% только понимают сложные тексты. АДАМЬЯНЦ: Эти данные стабильны на протяжении всего этого времени (с 1960-х), когда начались такие исследования. Причём, одно время на основе восприятия тех же самых текстов. Несмотря на то, что за эти десятилетия в обществе появилось гораздо больше компьютеров, телевизоров. НЕКЛЕССА: То есть некоторая такая получилась константа у нас. АДАМЬЯНЦ: Константа, да. Даже преподаёт в Высшей школе экономики коммуникацию такой социолог известный Шариков Александр Васильевич, у него есть термин, он его ввёл – "константа Дридзе". 14-15%. В Толкователе тоже писал об этих исследованиях. " Для того, чтобы понять, на кого рассчитаны самые низкопробные агитки, выходящие сегодня на госТВ, посмотрим на данные социологов. Так, адекватное восприятие информации свойственно только 17% молодёжи, остальные не способны отличить правду от вымысла и добро от зла. Также результаты этого исследования показали, что для пропаганды не важна среда, в которой она распространяется – будь то телевидение, печатные СМИ или интернет. Кстати, цифра в 17% респондентов, способных ориентироваться в реальности, интересным образом примерно совпадает с числом «русских европейцев», определяемых как 17-22% российского общества. http://ttolk.ru/2014/02/19/%D0%BD%D0%B0-%D0%B0%D0%B4%D0%B5%D0%BA%D0%B2%D0%B0%D1%82%D0%BD%D0%BE%D0%B5-%D0%B2%D0%BE%D1%81%D0%BF%D1%80%D0%B8%D1%8F%D1%82%D0%B8%D0%B5-%D0%B8%D0%BD%D1%84%D0%BE%D1%80%D0%BC%D0%B0%D1%86%D0%B8%D0%B8/

Властимир: "... признак приближающейся катастрофы – деградация образования и мышления. Информационное общество поставило человечество перед вызовом, на который оно оказывается неспособным ответить: отношение объемов поглощаемой информации к приобретенному на ее основе знанию ввиду ограниченных возможностей человеческого мозга есть величина постоянная. Огромные объемы обрывочной и несистемно поглощаемой информации, обрушившейся на человека, уменьшают объемы полученных им знаний – то есть, системно изложенной и увязанной с другими областями знания информацией. При этом системы, которая бы позволяла работать с принципиально иной информационной ситуацией, либо не создано, либо она имеет лишь фрагментарный характер. То есть – система образования оказалась неспособной справиться с возникшим вызовом, причем в глобальном масштабе. Итогом становится деградация разумной мыслительной деятельности не только на нижних уровнях, но и на самом верху системы управления. Руководители оказываются неспособны не только решать проблемы, но даже формулировать запрос на их решение. Как следствие, процессы выработки и принятия решений перестают быть адекватными возникающим вызовам, но изнутри управляющего контура ввиду отсутствия обратной связи перестают понимать, что субъект управления теряет свою связность с его объектом. Руководители всех уровней все глубже погружаются в ту или иную виртуальную версию происходящего, которая с течением времени все более кардинально расходится с реальностью. Проблема в том, что ввиду отсутствия обратной связи "извне" становится невозможным «достучаться» до управляющих контуров, прекращается выработка альтернативных сценариев и проектов» [Эль Мюрид. Тупики и выходы // http://el-murid.livejournal.com/3011877.html].

Властимир: Информационное общество В середине 60-х годов ХХ века возникает понятие «информационное общество». Внедрение в повседневную жизнь достижений научно-технического прогресса: телевидения, компьютеров, глобальной сети «Интернет», портативных мобильных устройств и прочего открыли широкие возможности для получения, передачи и хранения информации. Информационные сообщения доходят до любой точки земного шара за доли секунды, новостные сводки появляются через несколько часов после происшедших событий. Без информационных технологий в ХХІ веке не обходятся ни наука, ни образование, ни производство, ни сфера отдыха. В 2006 году генеральная Ассамблея ООН провозгласила 17 мая Международным днем информационного общества. Информационное общество имеет три основные характеристики. Во-первых, информация используется как экономический ресурс. Организации используют информацию во все больших масштабах с целью повысить эффективность, стимулировать инновации, укрепить конкурентоспособность. Во-вторых, информация становится предметом массового потребления у населения. В третьих, происходит интенсивное формирование информационного сектора экономики, который растет более быстрыми темпами, чем остальные отрасли. Причем движение к информационному обществу – общая тенденция для развитых и развивающихся стран[1]. Зачастую в определениях и в массовом сознании слово «информация» ассоциируется со словом «знание». Но эти слова имеют разное значение. Так, информация (от лат. information – разъяснение, изложение) – сведения, передаваемые людьми устным, письменным или другим способом (с помощью условных сигналов, технических средств и т.д.) [2]. То есть, информация – это просто сведения, которые могут быть как правдивыми, так и ложными, как объективными, так и субъективными. Знание – проверенный практикой результат познания действительности, верное ее отражение в сознании человека [3]. Именно знание всегда являлось двигателем научно-технического прогресса. Не смотря на доступность передачи данных, общество ХХІ века называют не обществом знания, а информационным обществом. Зачем же тогда внедрять информационные технологии в повседневную жизнь, если не ставить себе целью поднятие образовательного и культурного уровня населения? Ответ на данный вопрос лежит в экономическом базисе – капиталистическом способе производства, в котором общество разделено на два класса: собственников средств производства – буржуазию и наемных рабочих – пролетариат. Пока существует конкуренция, полезная информация, дающая ее обладателю возможность внедрения технических новшеств в производство, позволяющих повысить производительность, завоевать рыночную нишу, никогда не будет общедоступной. Например, во всех капиталистических странах есть институт коммерческой тайны, охраняемый законодательно. За ее разглашение, незаконное использование предусмотрены дисциплинарная, административная, уголовная и материальная ответственности. Важнейшее свойство человеческого разума – критическое и логическое мышление формируется с помощью качественного образования и самообразования. При капитализме господствует буржуазия, классовый интерес которой – получение максимальной прибыли путем эксплуатации пролетариата. Она не заинтересована в развитии умственных способностей последнего и потому постоянно поддерживает в нем невежество школой второго коридора и манипуляцией сознанием. С точки зрения методики преподавания в школе «второго коридора» (для массы) господствует «педагогика лени и вседозволенности», а в школе для элиты – педагогика напряженных умственных и духовных усилий. Опросы учителей и администраторов школьной системы показали, что, по их мнению, главная задача «полусредней практической» школы – «занять» подростков наиболее экономным и «приятным для учеников» образом. Потому что «они не такие как другие», в нормальных классах. Социологи даже делают вывод: используемый здесь «активный метод» поощряет беспорядок, крик, бесконтрольные выражения учениками эмоций и «интереса» – прививает подросткам такой стереотип поведения, который делает совершенно невозможной их адаптацию (если бы кто-то из них попытался) к системе полной средней школы, уже приучившей их сверстников к жесткой дисциплине и концентрации внимания [4]. Манипуляция общественным сознанием используется с целью побуждения человека к совершению определенных поступков, выгодных манипулятору, начиная от приобретения товара и заканчивая политическими предпочтениями. Перечень жизненно необходимых человеческих потребностей небольшой: еда, одежда, жилье. Все остальные формируются культурой. Погоня за максимальной прибылью вынуждает буржуазию создавать новые потребности. Специалисты выделяют несколько методов психологического влияния, используя которые человека можно подвести к решению о покупке того или иного товара. Самыми распространенными методами является создание проблемы и чудесное ее решение с помощью рекламируемого товара, ссылка на авторитеты и упор на сокровенные желания потребителя (быть красивым и здоровым, престиж, желание найти вторую половинку или больше зарабатывать). Среди рекламы медицинских услуг и товаров часто встречается метод запугивания последствиями, в том случае если потребитель не купит предложенный товар. В рекламе финансовых и банковских учреждений используется метод создания иллюзии. Например, взяв сегодня у нас кредит, вы сможете позволить себе шикарную жизнь. О необходимости возврата кредита с процентами реклама умалчивает [5]. Роль подлинного искусства – формирование нравственности и высших духовных ценностей человечества. Составной частью информационного общества является массовая культура – культура развлечений, не приносящая никакой пользы, ориентированная на бессмысленное времяпровождение, способствующая потери подлинного смысла жизни. К основным признакам массовой культуры относят: – серийный характер предметов ее потребления; – примитивные стандарты жизни и отношений между людьми; – развлекательность, забавность, сентиментальность; – натуралистическое изображение и смакование насилия и секса в произведениях художественной культуры; – культ сильной личности, культ жизненного успеха [6]. Как результат – интерес к чтению книг как способу развития мышления, увеличения словарного запаса, расширения кругозора, уменьшается. Например, по данным Associated Press-Ipsos, каждый четвертый американец за 2006 год не прочел ни одной книги. В целом же получается, что средний житель Штатов прочитывает за 12 месяцев 4 книги. Причем этот показатель падает: если в 1999 году американец читал 10 книг в год, то к 2006 году их количество уменьшилось наполовину. В ходе опроса был составлен портрет читающего американца. Типичный любитель чтения – это обеспеченная, образованная женщина старше 50 лет [7]. В буржуазном обществе достижения научно-технического прогресса оборачиваются против трудящихся: растет безработица и отчужденный, рутинный, отупляющий труд, сохраняются бедность, неграмотность, невежество, информационные технологии служат средством манипуляции общественным сознанием и распространения массовой культуры. Школа второго коридора не учит думать, а постоянная нехватка времени у трудящихся из-за необходимости работать ненормированный рабочий день ради добывания средств для существования, не дает возможности заниматься самообразованием. Только в обществе, свободном от эксплуатации человека человеком возможно решение данных проблем. Список использованной литературы: 1. Понятие «информационного общества» // http://filosofedu.ru/index.php/filosofija-shpargalki/.. 2. Большая советская энциклопедия онлайн, «информация» // http://estestvoznanie.slovaronline.com/И/24435-ИНФОРМ..(от_лат__informatio_-_разъяснение 3. Большая советская энциклопедия онлайн, «знание» // http://bse.slovaronline.com/З/ЗН/15777-ZNANIE 4. Кара-Мурза С.Г. Манипуляция сознанием. Алгоритм, 2000 5. Осторожно реклама! Способы манипулирования массовым сознанием // http://blog.uatrade.net/ostorozhno-reklama-sposoby-ma.. 6. Массовая культура // http://www.grandars.ru/college/sociologiya/massovaya-.. 7. Легкая статистика о грамотности, о чтении и библиотеках // http://soothsaeyer.livejournal.com/41612.html

Хеда: Манипуляции сознанием. •Тишина. Чтобы предотвратить возможность зарождения собственных групп интеллигенции в массе управляемых, ее нужно полностью лишить тишины. Создается такое звуковое и шумовое оформление окружающего пространства, что средний человек не имеет достаточных промежутков тишины, чтобы сосредоточиться и додумать до конца связную мысль. •Социальные стереотипы. Ни один человек не может прожить без «автоматизмов» в восприятии и мышлении - обдумывать заново каждую ситуацию у него не хватит ни психических сил, ни времени. Стереотипы могут быть использованы как мишени для манипуляции. Если удается подтолкнуть крупные массы людей видеть какое-то общественное явление через нужный манипулятору стереотип, то несогласным становится очень трудно воззвать людей к здравому смыслу, убедить их остановиться, подумать, не принимать скоропалительных опасных решений. Ницше заметил: «Так как недостает времени для мышления и спокойствия в мышлении, то теперь уже не обсуждают несогласных мнений, а удовлетворяются тем, что ненавидят их». •Чувства. Можно сказать, что в большой манипуляции сознанием игра на чувствах - обязательный этап. Основатель учения о манипуляции сознанием массы Г.Ле Бон писал: «Массы никогда не впечатляются логикой речи, но их впечатляют чувственные образы, которые рождают определенные слова и ассоциации слов». В толпе издавна известны явления, которых нет в индивидуальной психике - подражание, стихийное распространение массового чувства. •Воображение. Ле Бон писал в книге «Душа толпы»: «Могущество победителей и сила государств именно-то и основываются на народном воображении. Не факты сами по себе поражают народное воображение, а то, каким образом они распределяются и представляются толпе. Кто владеет искусством производить впечатление на воображение толпы, тот и обладает искусством ею управлять». •Внимание. Задача манипулятора – убедить. Для этого надо прежде всего привлечь внимание к сообщению. Затем надо, чтобы человек запомнил это сообщение, ибо многократно проверенный закон гласит: убедительно то, что остается в памяти. Манипуляторы сознанием поступают подобно фокусникам: они отвлекают внимание от главного объекта. •Память. С одной стороны, надо, чтобы человек запомнил или заучил до автоматизма какую-то мысль, метафору, формулу ["Да, да, нет, да!"]. С другой стороны, бывает необходимо "отключить" его краткосрочную или историческую память - они создают психологический барьер против внушения. Человек, не помнящий ничего из истории своего коллектива [народа, страны, семьи], выпадает из этого коллектива и становится совершенно беззащитен против манипуляции. Это - важное условие для возможности подлогов и подмен предмета утверждений. Если люди быстро забывают реальность, то всякую проблему можно представить ложно, вне реального контекста. •Узнавание. В манипуляции сознанием узнавание играет ключевую роль, потому что порождает ложное чувство знакомства. Действуя через СМИ, манипуляторы главную ставку делают на непроизвольное запоминание. При изучении процессов памяти психологи обнаружили явление «дремлющего эффекта»: отложенная в латентных слоях памяти точка зрения, которая была отвергнута сознанием в момент непроизвольного запоминания, с течением времени, «отлежавшись», превращается сначала в смутное, неопределенное представление, а потом и в согласие с ней. •СМИ. А.Моль пишет о СМИ: «Они фактически контролируют всю нашу культуру, пропуская ее через свои фильтры, выделяют отдельные элементы из общей массы культурных явлений и придают им особый вес, повышают ценность одной идеи, обесценивают другую, поляризуют таким образом все поле культуры. То, что не попало в каналы массовой коммуникации, в наше время почти не оказывает влияния на развитие общества». СМИ сегодня есть инструмент идеологии, а не информации.

Амира: Михаил Делягин На смену клиповому сознанию приходит кликовое В ближайшие 5–6 лет мир ждет непрерывный спад а-ля Россия 90-х годов, но наша страна выстоит среди всеобщего геополитического землетрясения. Мир скатывается в новое Средневековье, а главный глобальный вызов заключается в трансформации самого человечества. Но говорить о путях преодоления кризиса еще рано, поскольку необходимо осмыслить происходящее, а затем создать субъект стратегического действия, который сможет изменить мир, чтобы он стал таким, каким мы его хотели бы видеть. Нынешний кризис во многом спровоцировали новые технологии, так как они развернули человека от исторически привычного изменения мира к непривычному изменению восприятия мира. К тому же эти технологии ликвидируют рыночные отношения, в рамках которых шло развитие общества последние 300 лет. А особенный вред (вплоть до трансформации личности) приносит хаотичное потребление эмоций из сети, для получения которых не нужны никакие усилия. В результате у тех, кто глубоко погружается в социальные сети, возникает мозаичность восприятия картины мира.

Олег Гуцуляк: «Телерадиочеловек просто поглупеет настолько, что не сможет изобретать всё новые и новые механизмы, поскольку такое изобретательство возможно только для мозга, умеющего выстраивать линейные последовательности, воспитанного на печатной книге, состоящей из букв и цифр. Аудиовизуальный ум поддерживать технологию будет не способен. Возможности аналоговых систем оказались слишком ограниченными, в то время как цифровые системы, для того, чтобы всё более совершенно эмулировать образ, звук, движение, имитировать биологическую реальность, нуждаются во все более совершенных математических последовательностях. Прекрасный цветок — это группа цифр. Если он когда-нибудь будет пахнуть, то только потому, что этот запах будет отбиваться двоичными последовательностями с помощью которых подаются команды на электронные раздражители наших рецепторов. Чтобы создавать такие последовательности нужен ум, который не подавлен как ум телевизионного «дикаря» стихией звуков, запахов и образов, который алфавитен, математичен, механистичен, специалистичен» [4Холмогоров Е. Асоциальная сеть // um.plus/2017/05/18/set/].

Оксана Григоренко: ПЛАТОНОВЕ ПРОРОЦТВО ПРО ІНФОРМАЦІЙНЕ СУСПІЛЬСТВО "Вони почують багато, але нічого не збагнуть; здаватимуться всезнавцями, але власне, не знатимуть нічого; вони будуть втомливими для бесіди, намагаючись показати свою мудрість, не маючи знання реальності" (Федр)

Александр: Скоро девушки кроме силиконовых сисек смогут заказать себе силиконовый интеллект.

Евгений: Ихлов Евгений Редакторократия, или не ругайте клиповое мышление «Игра в бисер» Германа Гесса (1942 год) начинается с обличения «фельетонной эпохи» - прихода в газеты на смену серьёзной аналитики поверхностной публицистики (сейчас бы сказали «колумнистов»), упрощающей все проблемы. За тридцать лет до выхода «Игры» Вацлав Воровский высмеивал «понедельничную прессу» (в первый день недели выходили только тогдашние таблоиды, у сотрудников респектабельных изданий воскресенье было выходным), которая, «хлебнув рассола», «с кондачка решает мировые проблемы». Сейчас пробелы в информированности сваливают на т.н. «клиповое сознание», выработавшееся у масс «простолюдинов». Но этот упрёк несправедлив. Люди полагают важным то, что обсуждается в медиа, которые они считают авторитетными для себя. Нарастающее расслоение социума на «группы своих» и перенасыщение предложения суррогатными медиа приводит к тому, что почти каждый может выбрать для себя ресурс, издание или бывший журнал по вкусу, и не имеет стимулов смотреть иные медиа, где подача материалов, а особенно публицистика или квазианалитика его раздражают. Поэтому «исчезновение» события из комплиментарных ему медиа означает для него его полное исчезновения, хотя в медиа, настроенных критически и негативно к его «свое-группе», оно может быть в центре внимания. И здесь необходимо отметить поистине космическую роль, которую приобрели в последние десятилетия редактора (и у нас, и в цивилизованном мире) - происходит только то, что они «ставят в номер». События прошлого обсуждаются только как «датские темы» - когда приближается юбилей чего-то важного, авторы наперегонки бросаются освещать это событие. Естественно, редакцией отбирается только несколько материалов, а остальные либо ждут год, пять, десять, либо обречены остаться в лучшем случае на аккаунте автора. В результате общественное мнение в данном социокультурном кластере всецело определяется редактором медиа, для которого оно комплиментарно. И именно публикации формируют мнения так, чтобы концентрировать внимание на некоей проблеме или отводить от неё. Причём, создание цензурных и иных манипулирующих редакторами структур не очень сильно влияют на конечный результат, поскольку всё равно у редакторов остаётся возможность определять такие нюансы редакционной политики, которая, внешне соответствуя цензурным ограничениям или указаниям из «надзирающего» органа, может постепенно входить в противоречие с ними... Это как на паруснике идти галсами - против ветра... С одной стороны, мы ещё помним, как в самых махровый застой удавалось продвигать апологию свободомыслия или уважения к национально-религиозной традиции. С другой стороны, мы видим, как чередование выступлений деятелей антагонистической направленности явно служит «отмазкой» в случае внешних претензий (мол, у меня «цветут сто цветов и борются сто школ»), но вот подбор ведущих, при каждом удобном и неудобном случает проповедующих моральное капитулянство, конформизм и погружающих в ресентимент, - это филигранная работа именно редакции... Это я к тому, что и при брежневе-андропове находили возможность укреплять дух, а сейчас его, напротив, пытаются ослабить...

Олег Гуцуляк: Vladimir Emelianov написал: Много лет назад все ходили друг к другу в гости, ели-пили, показывали фотографии, делились своими мнениями по разным поводам, говорили по душам. Лет двадцать пять назад это закончилось. Люди почему-то перестали ходить в гости друг к другу и стали встречаться в кафе. Показывали друг другу фотографии, делились мнениями. Но по душам уже не говорили. Лет десять назад стало заканчиваться и это. Люди стали общаться по скайпу, фотографии показывать в социальных сетях, делиться мнениями все в той же виртуальной реальности. Насчет по душам уже не помнили, как это. Теперь уже не только говорят по скайпу, но и доклады читают по скайпу. Но самое замечательное даже не это. Теперь, когда люди встречаются на улице или в кафе, они общаются точно так же, как если бы были далеко друг от друга в социальных сетях. Из общения ушла эмоциональность, осталась только информативность.

Амира: Информационная мастурбация — это когда применение знаний заменяется получением всё новой информации. В результате, процесс получения информации для развития, заменяет само развитие. Ты становишься всё более осведомленным, но всё менее интеллектуальным. Когда это продолжается из года в год, то способствует только росту самомнения. Ты становишься всё более информированным и всё более пустым. Информация без трансформации знания в навык — яд, уничтожающий дух.

Скайрипа: "...Одна из проблем, которую нельзя решить высокоточными ракетами, - миллиарды недорослей, недоучек, недоразвитков. Примитивные народы умели воспитывать своих мальчиков и девочек. Простая культура целиком влезала в одну голову, и в каждой голове были необходимые элементы этики и религии, а не только техническая информация. Культура была духовным и нравственным целым. Естественным примером этой цельности оставались отец с матерью. Сейчас они банкроты. Тинейджер, овладевший компьютером, считает себя намного умнее деда, пишущего авторучкой. Мир изменился, каждые пять лет он другой, и все старое сбрасывается с корабля современности. Растут миллиарды людей, для которых святыни, открывшиеся малограмотным пастухам, не стоят ломаного гроша. Полчища Смердяковых, грядущие гунны, тучей скопились над миром. И они в любой день готовы пойти за Бен Ладеном или Баркашовым. Записку Иконникова гунны не прочли (а если б и прочли - что им Иконников? Что им князь Мышкин?). Судьбу Другого они на себя не возьмут… Одно из бедствий современности - глобальная пошлость, извергаемая в эфир. Возникает иллюзия, что глобализм и пошлость - синонимы. И глобализм уже поэтому вызывает яростное сопротивление. Не только этническое. Не только конфессиональное... Одна из особенностей великих культурных миров - способность к историческому повороту, переходу от расширения вовне к внутреннему росту, от захваченности центробежными процессами к созерцанию духовного центра и покаянию за отрыв от него…. Лидерами станут страны, которые лучше других сумеют создать новый стиль жизни, включить паузу созерцания в череду дел, избавиться от лихорадки деятельности, от "блуда труда, который у нас в крови" (Мандельштам). Пионерами могут быть и большие и маленькие страны, сильные и слабые. Мы не знаем, кто вырвется вперед. Но начинать должны все. Решающей становится не экономика, а педагогика, начиная с детского сада. Дети схватывают начатки нового быстрее взрослых. Я вспоминаю слова девочки четырех лет: "Мама, не говори громко, от этого засыхают деревья"…. С самого раннего детства можно воспитывать понимание радости, которую дает созерцание. И это подготовит людей к переоценке ценностей, к переходу от инерции неограниченного расширения техногенного мира к цивилизации созерцания, духовного роста и равновесия с природой. Если мы будем просто звать людей ограничить свои потребности, ничего не выйдет, кроме раздора. Петр кивнет на Ивана, Европа на Америку, Азия на Европу. Поворот может дать только открытие ценности созерцания, паузы созерцания в делах, в диалогах и дискуссиях, в развитии мысли…. Школа не может отвлечься от сегодняшнего дня, не может не готовить программистов, юристов, менеджеров. Но сегодняшний день скоротечен, и течение несет его к смерти. Слово "кала" на санскрите - омоним: и время, и смерть. Культура, не нашедшая опоры в вечном, падет под напором перемен. Школы могут и должны учить паузе созерцания: через искусство, через литературу. Со временем - используя телевидение, если оно повернется к величайшей проблеме века…." © Григорий Соломонович Померанц (13 марта 1918, Вильно, Литва — 16 февраля 2013, Москва, Россия)

Олег Гуцуляк: В книге «Десять аргументов в пользу того, чтобы удалить свои аккаунты в соцсетях прямо сейчас» Джарон Ланье пишет о том, в чём состоят неочевидные опасности социальных сетей, как их создатели манипулируют пользователями и делают их злыми, глупыми и ограниченными. Сразу после выхода книга стала бестселлером № 1 на сайте Amazon в разделе «Взаимодействие человека и компьютера». На русском языке она не издавалась. Предисловие Если судить по названию, то может показаться, что книгу написал какой-то ретроград, ярый враг современной цифровой жизни, неспособный её понять из-за ограниченности кругозора. Однако это совсем не так. Джарон Ланье — автор термина «виртуальная реальность», один из её создателей, представитель киберэлиты Кремниевой долины, учёный-изобретатель и футуролог. Сложно заподозрить его в дилетантизме суждений. Чем же ему не угодили социальные сети? Книга начинается с параллели между собаками и кошками. Собаки, некогда дикие, стали друзьями человека. Они могли бы жить на воле, но мы приручили их, и теперь они наши постоянные спутники, надёжные и преданные. Другое дело — кошки. Они пришли сами, потому что так захотели, и остались с нами. Они гуляют сами по себе, и не только гуляют. Кошки обладают свободой и не собираются ею поступаться. Мы любим собак, но не хотели бы в них превратиться, чтобы нас кто-то контролировал. Мы любим свободу, как кошки, и тоже хотим гулять сами по себе. Но у могучих невидимых алгоритмов, которыми управляются социальные сети, есть собственные планы на нашу свободу. По мнению Ланье, единственный способ избавиться от их вредоносного влияния — закрыть свои аккаунты в социальных сетях. Ланье подчеркивает, что дописал свою книгу в конце 2017 года, а вскоре после этого случился скандал c компанией Cambrige Analytica, которая собирала личные данные пользователей Facebook и использовала их в своих тёмных целях, в том числе и политических. После скандала с утечкой данных Cambrige Analytica закрылась, но уже тогда многие пользователи Facebook почуяли неладное и начали массово удалять свои аккаунты. Но были и другие. Кто-то утверждал, что правительство нарочно подстроило эту историю, чтобы ограничить влияние Facebook, кто-то считал, что достоинства социальных сетей перевешивают их недостатки. В целом, считает Ланье, история не получила должной объективной оценки, и потому скандал не повлиял на большинство пользователей. Ланье называет себя живым доказательством того, что можно вести общественную жизнь, например, в электронных или обычных СМИ, без учетных записей в социальных сетях. Каждый при желании может сделать то же самое и не вносить своим участием вклад в разрушение общества. О том, почему это так важно, у автора есть несколько идей. Идея № 1. Есть очень веские причины для того, чтобы удалить свои аккаунты из социальных сетей Автор приводит десять аргументов: социальные сети подавляют свободу воли; они умножают безумие нашего времени; они превращают нас в тупых озлобленных типов, «мудаков», по выражению Ланье; они создают фальшивые новости и фальшивых людей; всё, о чем мы говорим, с их помощью становится бессмысленным; они разрушают способность к сопереживанию; они делают нас несчастными; они покушаются на наше экономическое благополучие; они делают политику невозможной; они ненавидят и разрушают человеческую душу. Когда-то социальные сети задумывались как полезные и безобидные инструменты, созданные для быстрого общения людей, находящихся в разных странах. Они должны были объединять, способствовать любви и пониманию, но вместо этого превратились в манипуляторские машины, представляющие опасность для общества. И Facebook, и Twitter были замечены в искажении информации, фальшивых новостях, манипулировании в политических и рекламных целях. Создаваемая ими картина мира искажает и человеческую личность, подпитывая наши худшие черты. И за всем этим стоят большие деньги влиятельных компаний, которых интересует только собственная выгода и ради которых и созданы алгоритмы, меняющие нашу личность в худшую сторону. Кроме того, социальные сети вызывают привыкание и зависимость, подобную наркомании, когда человек уже не в силах дня прожить без пребывания в сети. Это болезненное привыкание заложено в алгоритм сетей и использует каждую нашу слабость при помощи старых психологических трюков, основанных на бихевиоризме и подкрепленных алгоритмами. Ланье подчеркивает, что изначальная идея социальных сетей была прекрасна. Но постепенно, шаг за шагом, она слилась с крупным бизнесом в области маркетинга и рекламы, и, как недавно выяснилось, с политическими силами, которые используют зависимость пользователей от сетей в собственных неблаговидных целях. Ланье назвал алгоритмы, подчиняющие себе пользователей, механизмом BUMMER (это аббревиатура от Behaviors of Users Modified, and Made into an Empire for Rent — поведение пользователей изменено и сдано в аренду империи). BUMMER — это собирательный образ, относящийся в первую очередь к работе Facebook и Google, но не только к ним. Автор опасается, что наше сознание все больше сдает позиции под давлением технологических корпораций, и мы постепенно превращаемся в придатки к смартфонам и планшетам. Воздействуя в корыстных целях на наше сознание, корпорации не принимают во внимание ничего, кроме собственной выгоды. Идея № 2. Алгоритмы превращают нас в лабораторных животных Когда мы пользуемся смартфоном (а не смотреть в него большинство из нас уже не может), мы поставляем алгоритмам социальных сетей и популярных поисковых систем постоянно пополняемую информацию о нас. Страницы, которые мы посещаем, ссылки, по которым путешествуем, видео, картинки и прочий контент сообщают кому-то невидимому полезные сведения. Наш круг общения, скорость перехода от одной страницы к другой, действия перед тем, как совершить покупку, политические пристрастия — все это видно как на ладони. Сведения об одном человеке сравниваются с информацией о других людях. Кто-то наверняка разделяет наши вкусы в том, что касается продуктов, персоналий, настроений и убеждений. И этот огромный массив данных успешно используется рекламодателями. Они ждут подходящего момента, а затем влияют на наше сознание точно подобранными сообщениями, подстрекающими к действию — купить что-нибудь или проголосовать определенным образом, например. Когда мы видим рекламу в телевизоре или слышим по радио, мы можем выключить звук или подключиться к кабельным каналам, где она отсутствует. Реклама в социальных сетях более коварна, она воздействует на наше поведение куда в больших масштабах и при этом практически незаметна. Это постоянная тонкая манипуляция, основанная на принципах бихевиоризма и условных рефлексах. Facebook, Google и Twitter последнее время пытаются исправить свою работу, как будто осознавая, что из-за них возникла проблема — возможно под давлением, а может, и по личной инициативе. Они пытаются перестроить свои алгоритмы и выражают сожаления своим пользователям. Пользователи же, увидев, что над проблемой начали работать, успокаиваются и считают, что теперь-то все в порядке. Но в порядке ли? Все социальные сети модифицируют человеческое поведение. Этот же принцип используется в лечении всевозможных зависимостей. Но с его помощью можно создать новую зависимость. В основе любой зависимости лежит дофамин, нейромедиатор, вызывающий чувство удовольствия. Именно с помощью дофамина великий физиолог Павлов вырабатывал у собак условные рефлексы: изменение поведения в обмен на полученные награды. Если поведение нежелательно, его корректируют с помощью отрицательного подкрепления, например, удара током. Алгоритмы социальных сетей тоже дают нам дофамин в обмен на желательное поведение. Например, нам показывают видео красивых котят, или щенков, или жеребят. Сразу после этого вы видите рекламу носков или туфель. Алгоритм отслеживает время принятия решения, которое понадобится для покупки, и в зависимости от этого показывает видео через секунду или две. Иногда выполняется автоматический тест, вычисляющий идеальный интервал между видео и предложением. Кроме того, люди — существа социальные. Мы остро реагируем, когда нас одобряют или не одобряют, и стремимся к социально желательному поведению. В социальных сетях мы зорко следим за настроениями группы и стараемся не повредить себе каким-нибудь неосторожным высказыванием, выдающим в нас чужака. Инстинктивно мы подражаем большинству членов группы, даже если и не разделяем их мнений и воззрений вне социальных сетей. Таким образом у пользователей формируется еще одна зависимость — чувствительность к общественному одобрению и чужому мнению. Все это в целом способствует деградации человечества, считает Ланье. Информационные войны переманивают на свою сторону людей, не заботясь о правде, влияют на выборы и порождают ненависть. Так реклама постепенно превратилась из двигателя торговли в инструмент манипулирования, модификации человеческого поведения и усиления негативных свойств. И это только начало, считает автор. Невидимые манипуляторы и несовершенные алгоритмы постепенно превращают нас в лабораторных животных. Идея № 3. Влияние BUMMER столь же медленное, как изменение климата, но не менее опасное Ланье постоянно подчеркивает, что никоим образом не является противником цифровой эпохи. Сама по себе цифровая цивилизация не хороша и не плоха, она нейтральна. Но те её стороны, в основу которых положена бизнес-модель, как у BUMMER, должны вызывать опасения. Когда-то люди выяснили, что краски с высоким содержанием свинца опасны. Однако никто после этого не выступил с заявлением, что отныне нельзя красить дома. Все просто ждали, когда будет создан безвредный аналог, и, как только он появился, начали его использовать. Поэтому нужно переждать, пока социальные сети не станут менее опасными, а затем к ним вернуться. Пока этого, по мнению Ланье, не произошло. Влияние BUMMER статистическое — то есть медленное, постепенное, такое же, как изменение климата, на которое невозможно возложить ответственность за конкретную засуху или шторм. Оно лишь повышает вероятность стихийных бедствий, но в дальнейшем может привести к глобальной катастрофе, такой как повышение уровня моря, например. Катастрофа другого рода может случиться и под влиянием BUMMER, если мы не уделим ему самое пристальное внимание. BUMMER состоит из шести частей: привлечение внимания; вмешательство в чужую жизнь; навязывание людям того, что им не нравится; тайное манипулирование; огромный денежный оборот; фейковые новости и фейковые люди. В социальных сетях внимание привлекают, как правило, не лучшие, а самые нахальные и скандальные люди, которых автор окрестил «мудаками». Так они проявляют свое стремление к доминированию, в отсутствие богатства и власти. Зато в виртуальном мире они чувствуют себя королями, шокируя чьи-то чувства или оскорбляя людей. Вмешательство в нашу жизнь происходит посредством тайной слежки за нами через смартфоны, планшеты и другие устройства. С помощью смартфонов можно сделать эффектное селфи и тут же отправить его в социальную сеть, чтобы любой желающий мог узнать нашу геолокацию, перемещения, контакты, реакцию на обстоятельства. Алгоритмы следят за вашим кругом чтения, отвлечением внимания, частотой обращения к тому или иному контенту — и они непрерывно совершенствуются. Нам навязывают ненужные вещи посредством тонких манипуляций, изучив, когда мы наиболее уязвимы для воздействия рекламы — и тем самым впихивают то, что нам не нужно и не нравится. Нами тонко манипулируют, заставляя проводить в социальных сетях все больше времени, а все остальное доделывают алгоритмы, например, повышая явку избирателей или лояльность бренду. Все эти манипуляции делаются, конечно, не из любви к искусству, а ради денег и могущества. Сопротивляться BUMMER невозможно, можно лишь встать под его знамена, чтобы не быть уничтоженным, как это сделали многие цифровые и бумажные СМИ. Для успешного манипулирования BUMMER создает фейковые новости и даже фейковых людей, производя с их помощью нужный для манипуляций контент. Все это вместе взятое может со временем привести к глобальной катастрофе, считает автор. Идея № 4. BUMMER вызывает зависимость и изменение личности, свойственные наркоманам Зависимый человек, наркоман, испытывает постоянное нервное возбуждение. У него со временем сильно меняется личность, иногда до полной неузнаваемости. Он пренебрегает чужим мнением и чужими чувствами, становится эгоистичным, высокомерным и заносчивым. Но под этим высокомерием прячется глубокая неуверенность в себе. Наркоман всё сильнее отрывается от реальности, погружаясь в мир иллюзий. Постепенно такие изменения, в большей или меньшей степени, происходят и с пользователями BUMMER. Обидчивость и высокомерие делают их агрессивными, и эта агрессия волнами разливается в социальных сетях. В пример Ланье приводит американского президента Дональда Трампа, с которым знаком. Он несколько раз встречался с ним, когда Трамп ещё вел телешоу. Ланье не испытывал к нему особых симпатий, но все же с уверенностью мог сказать, что он был непохож на наркомана. Он сам был манипулятором и действующим лицом, полностью контролирующим ситуацию даже на реалити-шоу. Всё изменилось, когда Трамп завел аккаунт в Twitter. Он часто теряет контроль над собой, забывает о том, кто он такой, о своем президентском статусе, могуществе и ответственности. Его зависимость сильнее, чем всё это вместе взятое. То он стремится уничтожить кого-то с помощью очередного твита, то наоборот, льстит кому-то в обмен на лояльность. Если бы Twitter внезапно закрылся, Трамп стал бы куда более приятным и разумным человеком, считает автор. Ланье замечает, что в каждом из нас живет внутренний тролль. В социальных сетях он начинает рваться на свободу, особенно вступая во взаимодействие с себе подобными. Социальные сети полны всевозможных групп, и, как только мы вступаем в какую-нибудь из них, начинаем вести себя так, как принято в группе. Такое поведение можно наблюдать среди животных, которые борются за иерархию в стае. Нужно набрасываться на тех, кто ниже нас, чтобы самим не опуститься ниже, и льстить тем, кто выше рангом. Сам Ланье еще давно, когда только-только начали появляться комментарии под публикациями, заметил, что он рвется в бой с совершенно незнакомыми людьми по самым пустяковым поводам. Они начинали осыпать друг друга оскорблениями, даже если речь шла о сорте мороженого или марке пианино. Чтобы избежать таких стычек, нужно было притворяться любезным и старательно подбирать слова. Но тогда Ланье заметил, что он становится кем-то другим, пытаясь понравиться всем. Так было, когда он вел блог в Huffington Post: он не мог перестать читать комментарии под своими постами, не мог игнорировать их, начинал отвечать — а ведь авторы комментариев просто жаждали привлечь к себе внимание, без которого уже не могли обходиться. И сам он начал писать либо сиропно-приятные вещи, либо нарочито провокационные, чтобы позлить читателей. Заметив, что и сам впадает в зависимость и меняется как личность, он уволился. Идея № 5. BUMMER способствует отчуждению людей, которые перестают понимать друг друга Почему так происходит? Алгоритмы подстраиваются под каждого пользователя индивидуально. Так, к примеру, сторонники Трампа будут видеть одно, а его противники — совсем другое. То, что вам следует видеть, определяют алгоритмы, но это значит, что вы уже не можете видеть пристрастия другого человека, а значит, со временем перестаете его понимать. Такова оборотная сторона персонализированного поиска. В каждом из нас есть своеобразная программа социального восприятия. Мы наблюдаем реакции друг друга и бессознательно подражаем им. Если люди вокруг вас чем-то встревожены, вам тоже станет неспокойно — ведь должна быть причина, по которой они волнуются. Если в компании людей, даже незнакомых, кто-то один начнет вглядываться в небо, все остальные возьмут с него пример. Если человек попадает в другую страну, не зная языка, он особенно внимательно наблюдает за окружающими, чтобы хоть таким образом понять обстановку. Социальное восприятие заложено в нас эволюцией и часто помогает избежать опасности. Но персонализированный поиск показывает каждому свое, и потому мы постепенно перестаем понимать друг друга. В пример такого ложного восприятия, да ещё подпитанного фейковыми новостями, Ланье приводит «пиццагейт» — стрельбу в пиццерии на почве конспирологических бредней, распространенных в отдельных группах Facebook. В них утверждалось, что некие сторонники Клинтон в Вашингтоне держат притон для педофилов в пиццерии Comet Ping Pong. Это привело к тому, что возмущенный житель Северной Каролины Эдгар Уэлч проехал 500 км на собственном автомобиле, вошел с винтовкой в пиццерию и потребовал освободить несчастных детей. Поскольку никто не мог удовлетворить его просьбу, он открыл огонь — к счастью, никто не пострадал, и стрелка задержали. Когда люди общаются друг с другом, не глядя в свои смартфоны, у них общее восприятие окружающего мира. Именно для этого люди ходят в спортивные клубы, молитвенные собрания, театры. Но как только каждый уткнется в свой смартфон, эта общность исчезнет. Вместо взаимодействия с себе подобными человек начинает взаимодействовать с алгоритмом, в результате мы утрачиваем умение понимать, что чувствуют другие люди. Ланье подчеркивает, что он не сторонник того, чтобы люди видели одно и то же и думали одно и то же — это один из признаков диктаторского режима. Но мы должны уметь смотреть на то, что видят другие. Иначе наше чувство эмпатии будет постепенно улетучиваться. BUMMER не только искажает мировоззрение, он лишает нас возможности узнать о мировоззрении других людей. Нас не допускают в закрытые группы, люди в этих группах так же непрозрачны для нас, как и алгоритмы, которые всем управляют, пишет Ланье. А ведь изначально интернет проектировался с целью создать прозрачное общество. Идея № 6. Контент социальных сетей может нанести настоящий вред Ланье уверен, что алгоритмы BUMMER настроены таким образом, что способны вызывать у человека любые негативные эмоции. По запросам или постам они легко могут угадать настроение, подкинуть соответствующий контент, чтобы усилить печаль или депрессию. Конечно, люди так или иначе должны испытывать и грусть, и тревогу, но плохо, если этим пользуется некто в своих корыстных целях, манипулируя нами. Бизнес-модель BUMMER настроила свою алгоритмическую систему так, что она автоматически адаптируется к пользователям. Играть на негативных эмоциях очень легко, человек в тоске или печали более уязвим и беззащитен, а значит, это надо использовать. И алгоритм найдет способ усилить эти эмоции. Он будет заваливать депрессивными постами и ссылками, но между ними изредка чем-нибудь радовать — в собственных целях. Ланье пишет, что даже первые прототипы социальных сетей, созданные ещё в 1980-е годы, вызывали в нём чувство тоски и пустоты после сеанса. Такого с ним не было в реальной жизни. Это была неуверенность, страх быть отвергнутым. Он решил, что это некая индивидуальная реакция, а сами сети тут ни при чем. Возможно, сама технология общения непривычна, всё дело в этом. Но со временем и развитием сетей это чувство только укрепилось. Автора беспокоит, что алгоритм высчитывает, что собой представляет человек: количество друзей, вкусы, пристрастия, денежные возможности и тому подобное. Все это BUMMER превращает в продукт, который продаёт рекламодателю. Ваши чувства и стремления становятся абстракцией, моделью, на которой удобно отрабатывать приёмы манипулирования. Когда кто-то читает гороскопы в газетах, это может быть забавно. Один верит в их предсказания, другой посмеивается. В любом случае, это отношения между человеком и неодушевленным предметом — газетой, которая никак не может на него повлиять. Но онлайн-сервис — совсем другое дело. Он суммирует ваши пристрастия, чтобы использовать впоследствии — в политических или рекламных целях. Социальные сети намеренно вызывают у пользователей ревность, зависть и тревогу. То и дело вдруг открываются конкурсы, о которых никто не просил, например, какой-то аналог конкурса красоты или интеллекта. Кто-то собрал больше лайков, чем вы, и вот вы уже охвачены тревогой и завистью. Возможно, ваша иерархия понизилась, говорит вам древний инстинкт, надо что-то с этим делать. Вы уже забыли о том, что все эти конкурсы не стоят выеденного яйца, как и рейтинги, но уже предпринимаете меры, чтобы подняться повыше, — это сильнее вас, потому что заложено природой. И этим бессовестно пользуются хозяева BUMMER. Пользуясь тем, что они бесплатны, социальные сети могут творить что хотят, считает Ланье, — как известно, дарёному коню в зубы не смотрят. Но он бы предпочел, чтобы учетные записи на Facebook, Google или Twitter оплачивались пользователями, чтобы сами пользователи могли заказывать контент. Пусть один платит, чтобы увидеть рекламный, пропагандистский или конспирологический бред, но другой не должен травиться этим бредом, потребляя негатив и нанося вред здоровью. Идея № 7. BUMMER — идеальная машина для политических махинаций Программисты — создатели социальных сетей, — в своё время были уверены, что сети способствуют развитию демократии. Но в последнее время, считает Ланье, мы видим, что это не так. В пример он приводит резню в Мьянме мусульманского народа рохинджа. Непосредственно перед резнёй в Facebook появилось множество фейковых постов о зверствах рохинджа, убийствах детей в ритуальных целях и тому подобной чуши, спровоцировавшей кровопролитие. То же самое наблюдалось в многоконфессиональной Индии, и в Южном Судане, когда фальшивые новости намеренно были направлены на создание политического кризиса в стране. Поскольку наибольшее количество просмотров набирают именно агрессивные и скандальные посты, вызывающие бурю эмоций, их используют нечистоплотные политики, устраивая массовую истерию в собственных целях. На заре существования социальных сетей их типичными пользователями были образованные молодые люди, такие же, как создатели сетей. Это были идеалисты либеральных или консервативных взглядов, но в общем и целом каждый из них стремился сделать мир лучше. Но с ростом популярности сетей их захлестнули крикуны, мошенники и боты, сделав сети идеальной платформой для всевозможных махинаций, особенно политических. Когда на Ближнем Востоке случилась Арабская весна, большинство обитателей Кремниевой долины были в восторге — ведь именно Twitter и Facebook позволили людям в Каире собраться вместе на площади Тахрир и свергнуть надоевшее правительство. Простые граждане сообщали войскам НАТО, откуда лучше наносить удары с воздуха. У этой революции не было объединяющей фигуры, она организовалась как бы сама по себе, с помощью социальных сетей. Однако такая революция без предварительной программы, по мнению Ланье, не решает никаких проблем. Ведь за свержением правительства должно последовать какое-то переустройство, принятие мер для создания нового порядка. Способны ли на это студенты и школьники, совсем дети, собравшиеся на площади? Получат ли они работу в результате революции, которую совершили? В итоге для молодёжи все осталось по-прежнему, а власть переходила от фанатиков к военным, и, возможно, это еще не конец. Таким же образом, как совершаются революции, с помощью социальных сетей можно выбирать и президентов (Ланье намекает на Трампа). И Трамп — ещё не худший вариант, потому что на его месте с помощью платформы BUMMER мог бы оказаться любой, привлекающий к себе максимальное внимание социальных сетей. С одной стороны — колоссальные возможности сетей, с другой — слепота пользователей, которые руководствуются своими сетевыми симпатиями, не ведая, что творят. Facebook и другие сети потребляют человеческое внимание и манипулируют общественным мнением, а потому они всё чаще и тоньше будут использоваться в политически нечистоплотных целях, считает автор. Идея № 8. BUMMER — это новая религия, которая меняет ваши ценности и принципы Вера пользователей в социальные сети сродни религии — она не требует никаких доказательств. Верят ведь некоторые люди, что Земля плоская. Мы принимаем на веру множество глупостей, публикуемых в сетях, — всевозможные теории заговора, нелепые научные гипотезы, сплетни и враньё. Мы доверяем мемам и пользуемся клиповым мышлением, не вникая глубоко в суть проблемы. А ведь когда-то мем был описан эволюционным биологом Ричардом Докинзом как единица культуры, вобравшая в себя образы, идеи и привычки, которая выживает или отмирает, подвергаясь естественному отбору. Сегодняшние интернет-мемы — это информация, передаваемая пользователями через сеть в виде вирусных картинок или видео. Мы верим в один мем, пока его не сменит другой, более впечатляющий. Это просто жанр интернет-оценки. Мем усиливает словесную информацию при помощи образа, но этот образ иллюзорный. Его сила — не в правде, а в эффектности. Как только появится что-то более эффектное, так он тут же исчезнет. Постепенно, полагаясь на картинки и образы, мы становимся все более невежественными. Нас не интересует поиск истины, в этом вопросе мы полагаемся на алгоритмы социальных сетей. Но они не настроены на истину. Религии обращаются к вопросам цели и смысла жизни. Google и Facebook тоже поднимают эти вопросы. У Google цель жизни — организация мировой информации, оптимизация всего. Руководители этой компании верят, что рано или поздно возьмут верх над материей, усовершенствовав человеческое тело до уровня киборга и тем самым достигнув цифрового бессмертия. Facebook объявил своей миссией наделение каждого человека чувством цели и сообщества. Ланье считает это претензией на религиозность. Если умирает пользователь Facebook, его страница превращается в место поклонения, где каждый может оставить картинку с горящей свечой, высказать соболезнования и тем или иным способом почтить память покойного. Если он был знаменитостью, то такая страница становится культовой. Это тоже имеет сходство с религиозными обрядами. Google продвигает идею о том, что сознание каждого пользователя можно поместить в облако, гарантируя таким образом цифровую жизнь после смерти. Себя он позиционирует как хозяина вечной жизни. Таким образом, сами того не замечая, пользователи BUMMER становятся адептами новых культов. Инженеры BUMMER-компаний понимают это. Они считают, что работают не на людей, а на прекрасный искусственный интеллект будущего, который через несколько столетий будет править миром. Люди в этом случае вторичны. Они обесцениваются и низводятся до придатков к машинам. Но это лишь манипуляция, считает автор, унижающая достоинство и права человека. Ведь не будь людей — не было бы никакого искусственного интеллекта, который они и создали. Заключительные комментарии Книга сложная, интересная и порой пугающе убедительная. Автор утверждает, что мы недооцениваем воздействие BUMMER на наши убеждения и наше сознание, шаг за шагом уступая работе алгоритмов. Созданные для общения, социальные сети внезапно оказались инструментом манипулирования и отчуждения. Ланье не знает, что можно с этим сделать, кроме как удалить свои учетные записи из всех социальных сетей — чтобы, по его словам, остаться человеком. Сам по себе интернет прекрасен, есть множество способов общаться с друзьями без социальных сетей — писать электронные письма, например. Если вам нужны новости, читайте их напрямую, а не через фильтры Facebook. Не читайте комментарии под ними, а если читаете, подавляйте искушение вступить в полемику. Создайте собственный сайт или общайтесь на местном, созданном жителями вашего района, где всего шаг отделяет вас от личного общения. Смотрите видео по собственному выбору, а не то, которое предлагает Facebook. Пользуйтесь интернетом на собственных условиях и по собственным правилам — будьте кошкой, а не собакой Павлова. И вы заметите, как изменятся ваше настроение и ваша жизнь.



полная версия страницы